- Явно лучше, чем ты, - попытка превратить происходящее в шутку терпит крах. Принцесса утыкается носом в плечо, неожиданно зарыдав. Сквозь всхлипы удается различить не так уж и много, но выговориться испуганной девочке явно необходимо. Слишком многое произошло с момента ее второго совершеннолетия и малое из этого можно считать приятным.
Остается лишь прижать ближе, мягкими касаниями поглаживая темный шелк волос, баюкая в объятиях, успокаивая, напоминая о том, что рядом отныне есть тот кто сумеет защитить и оказать поддержку. Слишком юная вифанская наследница тщательно охранялась Лейдой в своем крошечном мирке и реальность хрупкий кокон нещадно разбила еще в тот момент, когда заботливый родитель подыскал подходящую партию для не самой любимой дочери.
Но в одном Бофорт оказалась права: принцесса нуждается в защите, даже если сама того и не осознает. Еще бы быть достаточно осведомленным в вопросах Дарования и его применения. Не похоже, чтобы девочка осознавала, что сумела совершить совсем недавно. С этим можно разобраться немного позже, но, подозреваю, ответы не слишком понравятся и самой носительнице Дара. Радует, что в этот раз откат не настолько мощный.
Узкая ладошка постепенно теплеет и обретает жизнь, аккуратно путешествуя по раненному боку, и замирает, натыкаясь на повязку.
- Значит, мне не привиделось, - из голоса уходят все краски. Озноб ощущаю даже собственной разгоряченной кожей.
- Ничего серьезного, бывало гораздо хуже, - в ее взгляде темнота, граничащая с безумием. Приходится вновь успокаивать, напоминая о своем присутствии, укладывать, уговаривая дать отдых измученному телу. Подчиняется далеко не сразу, с трудом осознавая отсутствие настоящей опасности. Эта ночь совсем не походит на идеальную послесвадебную. Но гораздо важнее тот факт, что встревоженная Изабелла наконец-то покорно закрывает глаза, погружаясь в сон, не имеющий ничего общего с видениями, преследующими после применения Дара.
15.
15.
I Лирий
Церемонии и этикет – два слова, от которых хочется лишь плеваться, будто сделал глоток прокисшего вина. И вместо того, чтобы действовать, приходится восседать рядом с царственным родителем, мысленно закипая от глупости и жажды наживы отдельно взятого мелкого дворянского рода. В беседу монарха с отцом покойного О’Гирд встревать нельзя, хоть на языке и вертится множество колких слов, приличествующих ситуации. Остается лишь порадоваться дальновидности Кея, слишком горячего и прямолинейного, не пожелавшего почтить сиятельным присутствием тронный зал и скорбящих просителей.
В отсутствие придворных вычурный зал, уставленный множеством канделябров, совершенно неуютен. Тихие беседы походят на скребыхание крысиных лапок по полу. Ощущение не самое приятное.
- О какой компенсации можно говорить, если ваш сын не сумел позаботиться о вверенном ему сокровище? – голос отца разносится по пустому залу, подобно раскатам грома. – Стоит напоминать, на кого была возложена ответственность за благополучие принцессы?
Октавиан Вифанский по-настоящему зол, но гнев его холоден, как вершины далеких горных пиков.
- Наказание неминуемо. Пока же есть надежда найти Изабеллу Лию Октавианну в здравии, у вас есть шанс сохранить свое положение. Молите Богов, чтобы моя дочь оказалась жива и вернулась в лоно семьи.
Незадачливые просители, нелепо кланяясь, спешат покинуть тронный зал, и лишь тогда можно позволить себе коснуться дрожащей руки монарха.
- Вы верите, что она все еще жива? – озвучивать собственные мысли не хочется, но не с Кеем же говорить об исчезновении младшей. В чудесное спасение не верится, да и что обычно делают головорезы с женщинами, даже представлять не хочется. Гуманнее было не мучить принцессу, если уж целью было обыкновенное устранение. Множество ядов известно своей неприметностью.
- Она не могла погибнуть так глупо, - в такие моменты можно поверить в любовь отца к младшей принцессе, но я уже с трудом различаю искренние и показные убеждения. Слишком много слоев тайны покрывает второй брак вифанского монарха. Мне же достаточно собственных знаний. Так безопаснее для всех нас.
- Если бы Изабелла выжила, мы бы о том уже знали. Конрад уже забыл, когда проводил время в собственных землях.
Раздражение глухо скребется внутри, прожигая стену благоразумия. Только не сорваться и не высказать все, что накипело. Стоило ли выдавать замуж, отсылая в приграничье, определяя не самую достойную партию. Случившееся – закономерный результат непродуманных действий, только Его Величество на стадии подготовки ничего слушать ни желал.