Ну и ну...
Я, конечно, мечтала как-нибудь здесь побывать, но явно не при подобных обстоятельствах. Впрочем, от кое-какой определенности мою грудь все же переполнило чувство несказанного счастья. Улыбаясь, словно маленький ребенок, получивший в подарок заветную игрушку, я поспешила по полю, меняя одну развилку за другой и надеясь, что мне удастся разобраться со всем происходящим. Постепенно. Может быть, даже удастся отыскать таверну или добрых людей, которые помогут мне в беде и не останутся равнодушными к моей участи, ведь заблудиться может каждый.
Мой желудок вновь громко заурчал, видимо, обрадовавшись перспективе горячего ужина, и я, запинаясь о разодранный подол грязного черного платья, засеменила по полю, вглядываясь вдаль и мечтая лишь о том, чтобы воображение не сыграло со мной злую шутку, и город вдалеке не исчез подобно миражу. О том, что я все еще нахожусь в Абиссгарде, свидетельствовали королевские знамена, развешенные вдоль высоких стен, расставленных вокруг города.
Вспоминая рассказы Димерии, местной красотки на нашей деревне, которая иногда путешествовала с отцом за платьями или просто для души, как она выражалась, я сделала вывод, что это действительно Варакам, да и на север, в другой портовый город государства, я думаю, меня забросить ну никак не могли, таких сильных магов просто бы не нашлось. Ну, кроме одного, пожалуй, но он отшельник и мало кто, кроме королевской семьи, вообще имел с ним дело. Говорят, его сам король побаивался, так что далась ему простая смертная из какой-то деревни?
Миновав ворота с охраной, я очутилась, наконец, внутри, и мой желудок настырно подсказывал мне, что неплохо было бы и подкрепиться для разнообразия. При подходе к городу погода чуть улучшилась: гроза прекратилась, черные густые тучи постепенно отплывали вдаль, забирая с собой молнии и раскаты жуткого грома, сотрясающего все вокруг, и небо постепенно стало чуть яснее. Свет луны и ярких звезд над головой позволил видеть чуть лучше окружающую меня действительность, и я даже немного потерялась от красивых пейзажей Варакама.
Высокие здания завораживали своей красотой и изяществом, резные ставни на окнах, казалось, абсолютно все были выполнены по специальному заказу, и невозможно было отыскать одинаковых, свет, что струился сквозь запахнутые занавески, лился на мощеные улочки, слегка освещая их. Несмотря на уже позднее время, люди еще встречались на улице, гордо шагая мне навстречу и совершенно не обращая на меня внимания, кое-где на лавочках сидели молодые девушки и парни, о чем-то живо дискутируя, а издалека до моего слуха доносился звон колоколов, возвещавших о наступлении ночи.
Я слышала раньше, что портовые города практически не спят, ведь в них постоянно прибывают и ремонтируются корабли, купцы привозят заморские товары или ведут погрузку для скорого путешествия, ну а моряки коротают время в компании дамочек легкого поведения, однако лицезреть все это лично мне ни разу не доводилось. Человеком я являлась не выездным и довольно пугливым, да и мамин сад вот так просто бросить я никак не могла, а потому самым дальним моим путешествием до этого момента являлись прогулки до столицы Абиссгарда и обратно.
Сердце радостно запрыгало в груди, когда я наконец осознала, что вновь нахожусь среди людей и быть сожранной какой-нибудь стаей волков в лесу мне уже не грозит. Пошарив по грязному платью руками, поняла, что кошелька, который я обычно вешала на пояс, с собой у меня тоже нет, и это несколько омрачало всю картину, однако я понадеялась, что какая-нибудь добрая душа не откажет в помощи потерявшейся девушке и хотя бы краюшкой хлеба угостит.
Решив, что работающее заведение вроде трактира сумею отыскать где-нибудь возле пристани, я отправилась именно туда, ориентируясь по звуку довольных голосов и хмельного хохота, и вскоре подошла к двухэтажному зданию, плохо освещенному уличными фонарями. Наверное, эта часть города никогда не спала. Боясь заплутать, свернула за угол, как тут же кто-то с силой схватил меня под руку, уволакивая вглубь ночи и закрывая рот рукой прежде, чем мне удалось пикнуть. Не на шутку перепугавшись, я начала брыкаться, пытаясь вызволиться, однако к одним рукам вскоре присоединились и вторые, не позволяя вырваться.