– Значит так, ребятки, все готовы записывать? Вот и ладушки. Составляем список, и дуем в магазин. Итак, пункт первый: сигареты…
Глава 14. Алиса
Давно уже ему не приходилось бегать настолько быстро, и на такие продолжительные дистанции. Персик чувствовал, как его кожа под шерстью в буквальном смысле пылает от жара, а пересохший язык вот-вот готов вывалиться наружу.
Надо было слушать Алексея! – Ругался в мыслях кот на самого себя. – Установил же мне кошачий тренажер, и что? Зря я послал его куда подальше… Всё, клянусь… С этого дня… Честно… Каждое утро… Ну как, утро?… Главное, каждое… что-нибудь там… день, два… неделю… Обязательно буду тренироваться… Чтобы не сдохнуть!… Собаки, да чтоб я еще хоть раз!…
Наконец, на горизонте показался долгожданный дом, и Персик, с облегчением, снизил скорость, а потом и вовсе перешел на шаг, с трудом стараясь выровнять дыхание. Уж больно тяжело дался ему этот марш-бросок.
Он присмотрелся к окнам, свет нигде не горел. Котенок прикинул время: из клиники он убегал посреди ночи, и в пути провел пару часов, а значит, сейчас раннее утро, несмотря на то, что рассвет на небе еще не наметился. После операции Горского, Алиса собиралась отвезти сына к няне, и уж точно к этому времени должна была вернуться.
Наверное, спит, – подумал кот, но времени ждать, когда девушка проснется, у него уже не было, а потому взлетев по ступенькам крыльца, он с разбега запрыгнул в специально проделанное для него окошко во входной двери, и прислушался. В доме стояла полная тишина.
Спальня Горских, как и кухня, находилась на первом этаже. Комнаты второго занимали Власовы, которые в полном составе сейчас отсутствовали, и Алиса, оставшись в одиночестве, не стала запирать свою дверь. Приблизившись, котенок услышал тихий плач, сменившийся судорожными всхлипываниями.
Что это она? С Лёшей всё в порядке, нервы, что ли сдали? – удивился кот, тихонько перешагивая через порог и глядя на девушку, которая, сотрясаясь в беззвучных рыданиях, не сняв даже куртки по возвращении, калачиком свернулась на кровати, по-детски обнимая подушку. – Вот же я скотина бездушная! Все мозги растряслись на этой дороге! Надо ж быть таким идиотом! – внезапно выругался Персик, вспомнив, что Алису, как и Алексея, Герман не стал посвящать в свои планы по внедрению полковника в преступную группировку с целью разоблачения Бота, и сейчас девушка, должно быть, сходит с ума от мысли, что их с мужем близкие погибли в космолете, как гласила официально обнародованная версия.
– Эй, Бесхвостая, хватит реветь! Они живы! – заорал кот, запрыгивая на кровать, и стал тормошить подругу лапами.
От неожиданности Алиса вскрикнула, и уставилась на котенка непонимающими красными от слез глазами.
– Персик? Как ты… Что ты говоришь? – прошептала она, размазывая по щекам растекшуюся тушь в попытке вытереть слезы.
Котенок, понимая, что сейчас на него обрушится удар Алисиного праведного гнева, понуро опустив голову, принялся быстро рассказывать ей правду о произошедшем, делая упор на то, что в этот раз у Старика действительно не было никаких шансов отказаться от участия в самоубийственной авантюре, в связи с чем пришлось пойти на жертву, обманув дорогих ему людей.
Во время этого рассказа, и без того огромные глаза Алисы становились всё больше, слезы постепенно высыхали, а к концу щёки ее начали пылать от гнева, и кулаки, вцепившиеся в подушку, похоже, готовы были разорвать ее в клочья.
Девушка ни разу не перебила Персика, не задала ни единого вопроса, и когда котенок замолчал, еще долгое время сидела, не шелохнувшись, глядя в одну точку.
Персику стало не по себе. Мало того, что ему пришлось взять на себя ответственность и вопреки приказу Германа открыть Алисе правду, тем самым подставив ее под удар, так еще и всё указывало на то, что сейчас либо случится истерика, либо произойдет чье-то убийство. А, как известно, убивают в первую очередь кого? Правильно, виноватого, а в данном случае того, кто первый попадется под руку. Ну а под руками у нас кто? Конечно же, кот! И судя по Алисиному лицу, она вовсе не была готова сделать скидку на то, что Персик очень мил, пушист и слишком обаятелен для того, чтобы спустить на него всех собак… Да и в конце концов котенок во всей случившейся истории искренне считал себя жертвой ничуть не меньшей, чем сам Власов, ведь только преданные чувства к другу и желание помочь ему в беде заставили кота принять участие в этой дурацкой и опасной по его мнению операции.