Он понял, что надо прекращать, когда впервые через линзы окуляра увидел перед собой не цель, а человека, и его черты навсегда впечатались в память… Вместо того, чтобы профессионально равнодушно зафиксировать взглядом попадание, смотрел, как чужая плоть кровавым фонтаном разлетается в стороны, брызгает на стоящих рядом мужчин, женщин, окрашивает красным лица детей, которые потом в кошмарах ему снились по ночам…
Евгений выдержал год. А если точнее – 352 дня, за время которых он сделал 289 выстрелов, из них – 211 в мужчин, и 78 в женщин. 245 были на поражение. 198 – в голову, 47 – в сердце.
Власов помнил каждый.
С ним разорвали контракт, когда он отказался выстрелить в ребенка, будущего наследника одного из могущественных кланов, который правительство старалось не допустить до власти. Мальчику на тот момент было всего 4 года, и увидев его в глазок оптического прицела, младший лейтенант Власов окончательно понял: хватит. Дав самому себе клятву никогда более не иметь дела с этим видом оружия, снайперскую винтовку Евгений больше в руках не держал. Ровно до сегодняшнего момента.
Тяжелые воспоминания нахлынули на полковника лавиной, окатив душу колючей ледяной волной. Но ни один мускул на его лице не дрогнул.
Защелкнув последнюю деталь, Власов медленно провел ладонью по стволу орудия, и невинным тоном поинтересовался:
– Ну что, парни? Обратно на полигончик?
– Ах да, вам ведь еще нужно пристреляться, Евгений Степанович! – Согласился Бот.
– Нам – нужно познакомиться и подружиться, ну а там, глядишь, сработаемся.
– Это вы сейчас говорите про винтовку?
– Ну не про тебя же, – усмехнулся Власов. – Видишь ли, вот эта вот малышка, хоть и создана из холодной хангатской стали, по характеру сродни красивой женщине. Без предварительных ласок может быть строптива, и для того, чтобы достичь точки наивысшего наслаждения – с ней нужно хорошенько поработать. Привыкнуть, стать единым целым, ощутить ее жар после выстрела, почувствовать ее запах. С закрытыми глазами проникнуть во все зоны и изгибы ее тела, чтобы пальцы в момент соития не тратили время на поиск нужных точек для прикосновений…
– Прекратите, полковник!!
Неужели, наконец, нащупал слабое место?? Ну-ка ну-ка…
– Что, возбуждает? – Евгений облизнул пересохшие губы.
– Вашей жене повезло. Полагаю, вы искусный любовник, а ведь сорианки достаточно требовательны в сексе!
Показалось, или в голосе Бота прорезались нотки ревности? Но это более чем странно! Только если…
– Знаешь, а мне тут пришла в голову отличная идея! – проговорил Власов, внутренне сгорая от любопытства. У него стали появляться определенные догадки насчет личности Собеседника, но точные выводы делать пока было рано. – Почему бы нам, наконец, не познакомиться вживую, а? Ты вот так много обо мне знаешь, что я начинаю комплексовать, довольствуясь лишь доводами и догадками. – Закурив очередную сигарету, он медленно выпустил большое облако дыма в сторону конвоиров, заставив тех, прищурившись, невольно заморгать. – Да и парням своим скажи, чтоб перестали мучиться.
– О чем это вы, Евгений Степанович?
– Могут снять линзы. Глаза наверно в задымленном помещении уже заметно щиплет.
Бот издал восхищенный возглас.
– Однако!… И давно вы заметили маскировку, полковник?
– Почти сразу же. Но хотел вначале точно убедиться… Ну, что стоим? – Обратился он к охранникам. – Давайте, желтоглазики! Финита ля комедия… Снимай! – рыкнул Власов на Угрюмого, и сорианец, бросив на него злобный взгляд, аккуратно пальцами извлек две зеленоватые линзы. Небрежно бросив их на пол, с вызовом уставился на пленника своим природным ярко-желтым цветом глаз. Его примеру последовали и остальные.
– Так, – удовлетворенно кивнул Евгений, чувствуя, что постепенно приближается к разгадке. – И к чему был нужен этот маскарад?
– Интрига, Евгений Степанович! Как же без нее? – Собеседник издал издевательский смешок.
– Жду не дождусь, когда раскрою главную, – процедил полковник, докуривая и выбрасывая окурок прямо на пол. – Я ведь все равно доберусь до тебя, кем бы ты там ни был, и где бы ни прятался.
– Это угроза?
– Просто предупреждение.
– Принято, Власов, принято. Но давайте не тратить зря время. Мои люди сопроводят вас на стрельбище, патроны получите там же.