— Тамара! Тамара, иди сюда скорее! Ну где ты там? — . Радостный и возбужденный, Астахов в поисках жены бегал по всему дому.
— Иду, иду! — Тамара вошла в гостиную.
— Ты представляешь, — бросился к ней Астахов. — Наш сын женится! И у него будет ребенок!
— Ну что ж, я очень рада, что Антон уже сказал тебе об этом!
— Ну это просто безобразие — в этом доме я всегда узнаю самые важные новости в последнюю очередь! — Астахов попытался изобразить обиду, но сердиться сегодня у него никак не получалось — довольная широкая улыбка выдавала его настроение.
Бокалы у всех троих Астаховых были уже наполнены. Но Николай Андреевич схватил еще один и наполнил его.
— Олеся, пожалуйста, выпейте с нами! Такое событие — у меня будет внук!
Или внучка!.. Ну что, все готово? Тогда за тебя, Антон! И за твое продолжение! А значит, и за наше с мамой тоже!
— За тебя! — сказала Тамара и чокнулась с сыном, потом со всеми остальными.
Выпили.
— Коля, — обратилась к мужу Тамара. — Я хочу, чтобы у детей была шикарная свадьба!
— Мама, а может, не надо никаких громких празднеств?
— Как это не надо, — все больше заводился Астахов. — Обязательно надо!
Я все беру на себя: ресторан, кольца, белое платье, квартира — все будет как надо, по высшему классу! Только вы, Антон, живите Дружно, любите друг друга…
Тамара была довольна — пока все шло по ее плану.
— Антоша, ты пригласил бы как-нибудь Светлану к нам… — начала она.
— Верно-верно, — тут же подхватил Астахов. — Надо же как-то поговорить.
И с отцом ее тоже, Ну, все должно быть по-людски!
Он еще раз наполнил бокалы.
— За тех, ради кого живем мы, мужчины, — за твою Свету и за мою дорогую Тамару! За тебя! — и Астахов чокнулся с женой. — И за вас, Олеся! Кстати, а когда мы будем пить за вашу свадьбу? А то, как бы накладки не вышло — две свадьбы в один день!
Тамаре стоило немалых усилий сохранить спокойное выражение лица.
— Не волнуйтесь, Николай Андреевич. Не из-за чего… У нас с Игорем свадьбы не будет, — сказав это, Олеся посмотрела на Астахова совсем не так, как смотрит прислуга на хозяина.
Глава 4
Весь табор шумел у ворот дома Баро в Зубчановке. Все — от глубоких старух до малых детей, привлекая внимание прохожих, — ломились к своему барону. Охрана еле сдерживала возбужденную толпу — людей, у которых исчезла их священная реликвия. В дом все-таки пропустили одного Бейбута.
— Что случилось? Почему весь табор здесь? — спросил Баро вожака табора, хотя, конечно, уже и сам догадывался, что сейчас услышит.
— По-моему, это мы должны спрашивать у тебя, Рамир. Скажи, это правда?
— О чем ты?
— Не юли, Рамир, не юли — на тебя это не похоже. Это правда, что наше священное золото украдено? Что ты его не уберег?
Повисла пауза.
— Да, это правда, — выдавил из себя Баро.
— Почему же ты это скрывал, почему не сказал сразу?
— Я надеялся найти его… — вздохнул Баро. — Или само золото, или того, кто его похитил.
— Людям непросто будет в это поверить.
— Да как ты смеешь, Бейбут?!
— Смею, Рамир! Это золото — не твоя личная казна! Это святыня, и она принадлежит каждому цыгану — и Степке, и Халадо, и Розауре, и каждому ее ребенку. И мне тоже!
— Не говори мне прописных истин! Я знаю все это не хуже тебя!
— Тогда почему мы не от тебя узнали о пропаже? Что мы должны о тебе думать? Что своим трусливым молчанием ты хотел сохранить лицо?!
Баро сжал кулаки и бросился на своего друга, но неожиданно остановился, весь как-то сник, обмяк и сел, обхватив голову руками.
— Ты прав, Бейбут, мне не надо было молчать. Ты считаешь, что я должен сейчас выйти к людям?
— Я думаю, оправдания можно оставить на потом. Главное теперь — найти и вернуть священное золото. И это касается не только тебя, это касается всех нас. Мы будем искать вместе. Расскажи все, что ты знаешь о пропаже.
Баро рассказал все, что сам знал о подлом поступке Рыча — цыгана! — о своих попытках поймать его, о телефонных звонках похитителя, его требованиях и угрозах.
— Рамир, но как же так получилось, что ты перестал мне доверять? Почему сразу не сказал?
— Бейбут, дело не в недоверии. Мне не хотелось омрачать свадьбу наших детей…
— Да, может быть, и свадьбы-то не было потому, что наша святыня в чужих руках — от этого все наши беды!
— Очень может быть…
— Ладно, не об этом теперь надо думать. Чего хочет Рыч в обмен на золото?