— И это, конечно же, вы?
— А тебя что, не устраивает роль зятя человека, который держит в руках весь город? А в перспективе — и наследника.
— Меня? Вы что? Меня это, конечно же, устраивает!
— Тогда еще раз докажи, что ты можешь быть мне полезен. Иди с закладной к Зарецкому.
— Хорошо, я это сделаю.
— Но не пытайся меня обмануть. Я — не Астахов. Я понятно излагаю?
— Вполне…
Весь мир у моих ног. Леонид Форс. И точка.
Трудно поверить тому, кто угрожал твоему отцу, кто чуть не убил тебя саму на глазах у большого зала. А Рыч, как будто не понимал этого, все торочил одно и то же: "Кармелита! У нас мало времени. Кармелита, мы должны торопиться!".
"Нет! Нет! — гневно отвечала девушка. — Уходи! Отползай! Я не верю тебе!"
Рыч замолкал на минуту, но потом с новыми силами принимался убеждать свою бывшую подопечную:
— Ну, хватит упрямиться. Да пойми же ты! Кармелита, у нас мало времени… Рука может вернуться в любую минуту.
Но она будто не слышала его:
— Это ты убил Бейбута?
— Нет, нет, десятый раз говорю тебе! Я не хотел его смерти. Я никогда бы не смог так просто ни украсть, ни убить человека.
— "Так просто!" А если не просто. Ведь меня ты украл! Значит, можешь и убить.
Ну, что с ней делать! Рыч скрипнул зубами:
— Как же тебе объяснить?.. Ты помнишь то представление в театре, когда ты стояла у щита, а я метал в тебя ножи? Вместо Миро.
Ничего себе, хороший же пример своего миролюбия он выбрал. Кармелита зло улыбнулась:
— Как же можно забыть такое. Ты тогда хотел убить меня.
Рыч кивнул головой.
— Да, хотел убить тебя. Хотел, причем прямо там, на сцене. Я так ненавидел твоего отца, который выгнал меня ни за что!.. И потому хотел причинить ему самое страшное горе… чтобы он страдал…
Бывший охранник сказал это с такой болью, что Кармелита промолчала и, кажется, впервые за весь их разговор посмотрела на него если и не с доверием, то с интересом.
— Но тогда я понял, понимаешь, понял в одну секунду, что я — не киллер.
И не смогу им быть. Никогда, никогда у меня не получится убить безоружного человека. Вот так, не защищаясь, не защищая, не в бою. А просто взять да убить!
Кармелита продолжала внимательно смотреть на Рыча. В ее взгляде странно смешались страх, отвращение, но уже и надежда.
— И все же ты согласился участвовать в моем похищении…
— Меня вынудили, заставили. И, кроме того, я понимал, что если не я, то они все равно найдут себе кого-то в помощники. Атак я надеялся тебя спасти.
И почти получилось. Еще немного, еще чуть-чуть — и мы бы скрылись в лесу…
Но сейчас, если мы будем поменьше болтать, еще не все потеряно. Я сделаю все возможное, понимаешь, я сделаю все, чтобы помочь тебе выбраться отсюда.
— Я пытаюсь тебя понять. Пытаюсь. Но, видно, мы очень разные люди…
Зачем ты мне помогаешь, думаешь, что отец простит тебе все, да?
— Я не рассчитываю на его прощение. Но в любом случае скрываться от него больше не буду.
— Что же ты тогда скажешь ему, когда встретишься? Что сначала украл меня, а потом помог мне бежать?
Рыч издал рык почти медвежий. А потом закатил глаза, будто молился:
— Р-р-р! Э-э-э! Что ж такое! Да пойми ты, если бы я отказался, тебя б все равно похитили. И уж тогда тебе никто бы не помог.
Я готов ответить за все, что совершил, и не только перед твоим отцом, но и перед всем цыганским родом.
— А? Так бы и сказал с самого начала… Тогда тебя ждет цыганский суд.
— Да, я знаю. И как он решит, так и будет.
Горячее июльское солнце било в окна, когда Миро вбежал в кабинет Зарецкого:
— Баро! Баро! Я только что узнал…
В этот момент он увидел, что в комнате был еще и Максим. И уж этого его исстрадавшееся цыганское сердце не выдержало. Он тут же бросился на Макса, схватил за грудки, начал трясти, как мешок с барахлом.
— Как? Скажи, как ты посмел допустить такое?..
Максим не сопротивлялся, не отбросил руки своего приятеля-противника, просто молча виновато смотрел на него.
Баро вмешался:
— Подожди, Миро! Постой! Да прекрати ты… вздумал еще… драку затевать в моем доме!
Но Миро не слышал ничего этого, тяжело дыша, с глухой ненавистью он крепко вцепился в Максима:
— Трус!
И снова Максим промолчал. Но Баро, как хозяин дома, молчать не стал:
— Если ты приехал только подраться, то ты зря потерял время. Нужно думать о том, как спасать мою дочку!
Лишь после этого Миро отпустил свою добычу.
— Да, Баро, вы совершенно правы! Сейчас не время разбираться со всяким… У меня есть одна мыслишка.