Палыч брел по улице к себе в котельную, когда кто-то вдруг взял его за руку и сказал: "Здравствуйте!" Это был Миро.
— Здравствуйте! — заговорил он со стариком. — Как вожак табора я хочу сказать вам "спасибо" от всех цыган за то, что вы с Максимом нашли наше священное золото.
— Эх, — остановился Палыч, — если б только это могло помочь Рубине…
— Мы все молимся о ее здоровье!
— Спасибо вам. Я знаю, молодой человек, что вы потеряли отца… Примите мои соболезнования, я… Я понимаю, как это тяжело.
— Я дал слово, что табор не уйдет из города, пока мы не найдем его убийц!
— Вряд ли они еще в городе.
— А я сейчас не о тех бандитах говорю, я о Рыче. Чувствую, что он где-то рядом.
— Даже если это и так, то не он в этом деле главный…
Палыч рассказал Миро, что когда они с Максимом выслеживали Рыча, то слышали, как бандиты пере-давали ему указания от какого-то Удава, — видимо, их главаря.
— Постойте, точно-точно. В очередной раз все сходится, — сказал Миро. — Тогда, в склепе, на кладбище, они тоже говорили по мобильнику с каким-то Удавом! Ну все, теперь мне тем более придется найти Рыча, чтобы он меня на этого самого Удава вывел.
Глава 17
Баро работал у себя в кабинете, когда в приоткрывшуюся дверь впорхнула Кармелита и, как в детстве, уселась прямо на отцовском столе, даже не спрашивая разрешения.
— Пап, а я у Максима была…
— Да? И что он тебе сказал?
— Сказал, что вы с ним помирились.
— Да, это верно.
— Скажи, ты больше не будешь сердиться, если я буду с ним встречаться?
— Нет, не буду.
Кармелиту насторожили такие краткие ответы отца:
— Ты и в самом деле так резко изменил свое мнение?
— Совсем не резко… Ведь раньше-то, дочка, я думал, что знаю, как жить. А после всего, что здесь случилось, знаю только одно — что ничего я в этой жизни не понимаю. Жизнь — это великая тайна, ею нужно наслаждаться, дорожить и постоянно учиться.
Кармелита прижалась к отцовскому плечу.
— Так что будь счастлива, дочка, — я не могу, не имею права тебя ограничивать. Только теперь ты и отвечать за все, что делаешь, должна сама.
— Я готова к этому.
— Хорошо, если так, — вздохнул Баро, но все же улыбнулся и поцеловал дочку в макушку.
— А еще я хочу тебе сказать, что ты — самый лучший, самый понимающий папа в мире! — И Кармелита хотела было тоже поцеловать отца, как вдруг дверь кабинета открылась.
Неверной, пошатывающейся походкой вошла растрепанная больная старуха.
— Рубина! — остолбенел Баро.
— Бабушка, зачем ты встала? — Кармелита бросилась к ней.
— Почему вы не сказали мне, что Бейбут умер? — спросила Рубина.
Для визита к Зарецким Максим оделся, как можно наряднее, и уже собирался выйти из номера, но в дверях столкнулся с Олесей. В руках у нее была папка с документами.
— Здравствуй, ты уходишь?
— Да, ухожу…
— Прости, пожалуйста, но могу я с тобой поговорить? Это очень срочно, Максим. И очень важно.
— Олесь, давай, когда я вернусь вечером?.. — Он взялся за Олесину папку. — Работа — не волк, в лес не убежит. Мы с тобой все спокойно, тихо-мирно обсудим.
— Дело не в бумагах.
— А в чем?
— С чего бы начать?.. Когда я еще работала у Астахова горничной, мне показалось, что ты очень предан Николаю Андреевичу.
— А сейчас ты в этом засомневалась?
— Нет, поэтому ты мне и нужен.
Олеся все-таки усадила Максима и выложила наконец все, что ее так беспокоило. Оказывается, кто-то перекачивает астаховские деньги. Нагло и большими траншами. То есть, по сути, деньги уходят в "никуда". Проплаты идут и идут, причем в огромных размерах. В доказательство Олеся то и дело совала Максиму под нос то один документ, то другой.
От всей этой огорошивающей информации Максима даже пот прошиб. Его больше не надо было уговаривать задержаться — он понял, что и сам теперь не остановится, пока не разберется во всем. А это самое "все" сходилось на Антоновой стройке у автосервиса.
— Да на эти деньги Диснейленд можно построить! — Максим уже сам держал Олесины бумаги.
— Ага, и переселить туда всех микки-маусов из нашей гостиницы — один у меня в номере точно есть, сама видела, — невесело пошутила Олеся.
— Скажи, а ты можешь доказать, что эти деньги перечислялись именно под эту стройку?
— Для этого мне нужна еще кое-какая информация.
— Так нужно посмотреть в компьютере Николая Андреевича — у него ж там все есть.