Пролог
- Я всегда знал, что работа в офисе - это не для меня, – неожиданно заявляет мой двоюродный брат, стоит мне только появиться в его кабинете.
- Даже работа генерального директора? - хмыкаю и слегка прикрываю дверь.
- Даже генерального директора, – соглашается со мной Марк и с видом мученика, освобождающего себя от тяжёлых оков, снимает пиджак и кидает его вперёд прямо на стеклянный стол.
А меня тут же окутывает возмущение от его наглой выходки!
Да, он, возможно, очень устал, потому что его отец совсем неожиданно для всех нас уехал в командировку, оставляя всю компанию на Младшего-Никольского, который раньше особо делами отца не интересовался, но это совсем не значит, что он должен вот так вот обращаться с одеждой!
«Уля, никогда в жизни не разбрасывай одежду! Даже если очень устала!»
Строгий голос любимой тёти набатом звучит в моей голове, и я недовольно поджимаю губы.
Тетя Лиза с раннего детства заменила мне мать и, естественно, воспитала меня как свою родную дочь.
И если в мою голову это дурацкое, как я считала ранее, правило она смогла вбить чуть ли не гвоздями, то с Марком, видимо, возникли проблемы.
Хотя, почему возникли? Они и так всегда были и, вроде, есть даже до сих пор. Из нас двоих именно я была тем самым ребенком, которого все нахваливали и ставили в пример другим детям. Ну а Марк это просто Марк, младший в семье и всё такое.
С тяжёлым вздохом забираю пиджак со стола. Сдуваю с него несуществующие пылинки и аккуратно вешаю на один из стульев из красного дерева.
Дядя Олег, муж тёти, очень любит роскошь и показывает это во всем. Даже на работе.
Точнее, особенно на работе.
Разглаживаю складки, которые, слава Богу, ещё не успели образоваться, и стараюсь тщательно игнорировать парфюм брата, сохранившийся на пиджаке.
Действует почему-то на меня как афродизиак, а мне сейчас нужна трезвая голова.
Полчаса назад Марк позвонил мне и сказал, что нам надо срочно поговорить, и мне, в принципе, несложно, я собралась, доехала до офиса, находящийся правда чуть ли не в другом конце города, но… о чём поговорить?
- О чём ты со мной хотел поговорить? - начинаю с самого главного, потому что на бессмысленные разговоры просто не хочу тратить время. А ещё их можно провести дома в кругу семьи.
- Почему так далеко от меня села? Боишься? – скалится братишка, наслаждаясь своим ложным триумфом, а я начинаю медленно, как чайник на плите, закипать.
«Потому что боюсь своих собственных ощущений, находясь рядом с тобой!» - в голове тут же возникает ответ, словно огонёк чиркнувшей спички, но тут же гаснет.
Вслух я говорю совершенно другое:
- Марк, о чём ты хотел поговорить? - повторяю, выделяя «жирным шрифтом» каждое слово.
Говорю четко и по слогам, словно передо мной маленький ребенок.
Хотя, Младший-Никольский и есть для меня ребенок.
Я старше брата всего на два года, и, хоть мы и росли вместе, было общее детство, все равно из нас двоих чувствую себя намного взрослее.
Я наблюдала за всеми его взлетами и падениями, впрочем как и он за моими.
У нас были общие расцарапанные коленки на двоих и страшилки на ночь, после которых мы в обнимку, как котята, дрожали под одеялом от страха.
Это было настолько давно, что когда Марку исполнилось восемнадцать, и он стал совершеннолетним, было очень сложно в это поверить!
Именно тогда я совершила ошибку, о которой жалею до сих пор и буду жалеть.
Сгорать от стыда и скрывать свой позор всю жизнь. Ужасный поступок, за который меня нужно убить и стереть любое воспоминание обо мне.
Марк стал моим любовником.
Ненавижу себя за это…
- Как же трахнуть тебя хочу.
Резко вскидываю голову, но как только до меня доходит смысл его слов, то я даже не морщусь, потому что, кажется, уже привыкла к такому.
Люблю честных людей! Которые никогда не лебезят перед тобой и говорят всё как есть.
Хоть я сама не совсем такая, но зато постоянно стараюсь окружать себя именно такими людьми.
Однако, в данной ситуации правда Марка, как кислота, просто разъедает меня изнутри.
- Если это всё, что ты хотел мне сказать, то мне пора, – вскакиваю со стула и, поправляя сумочку на плече, направляюсь к выходу.
- Стоять!
- Да пошел ты! - тяну дверь на себя, чтоб как можно скорее уйти отсюда, но… она не открывается!
Не поняла...
- Сюрприииииз! - заливается соловьём Никольский, а до меня только что доходит, что я попала в ловушку.
- Ненавижу тебя! - изо всех сил бью рукой по дереву, надеясь, что дверь откроется, что её всего лишь заклинило.
Но чуда не происходит. Какая же я дура! Зачем сорвалась по первому зову брата и…
Брата…
Резко разворачиваюсь, и щёки тут же опаляет жар стыда.