Но по-другому не получается, потому что причина бегства от этого серьезного разговора, по сути, только одна: моя любовь.
Запретная настолько, что никто её не поймет.
Теперь это моё личное проклятие, с которым я перестал бороться и принял, как данность.
- Люблю… - говорю вслух куда-то в пустоту, а не ей.
Какое же это слишком громкое слово, которое Ульяна никогда не примет.
Она успешно борется с собой, отгоняя все эмоции, чувства, и вызывает у меня восхищение, что не испытывает слабость, какую ощущаю я, каждый раз находясь рядом с ней, но одновременно образ холодной и неприступной злит, что хочется сестру хорошенько встряхнуть. Потому что я теперь знаю, какой она может быть…
По сути, у меня практически нет шансов, что Ульяна когда-нибудь ответит мне взаимностью, как и у девушек, которых я побросал. Получаю тысячу звонков и смс от них, но мне плевать. Только с Ульяной не так!
Выхожу из машины, на эмоциях громко хлопая дверью.
Все должно было быть по-другому, но эмоции сыграли злую шутку. Я не хотел отдавать её другому мужчине, даже пусть он мой лучший друг.
Никольская только моя, и я бы многое отдал, лишь бы попасть туда, где мы не брат и сестра, а обычные парень с девушкой, где мои чувства не вызывали бы омерзение, где смог бы их открыто показывать, где Ульяна принадлежала бы мне добровольно, где она не пролила б ни одной слезинки.
Но реальность гораздо жестче, и я не знаю, что делать дальше.
Уля по-любому же предпримет ещё одну попытку поговорить.
Как поступить?
Снова уйти от разговора или…
- Сын, мне надо с тобой кое-что обсудить…
Ульяна:
- Ну что? Как время провели, пока нас не было?
Тётя просто спрашивает, а у меня такое ощущение, будто надо мной все издеваются. И Марк в первую очередь.
Не хотя отрываюсь, от чтения. Но если хорошенько подумать, то какое к чёрту чтение?!
Открыла книгу просто так, лишь бы спрятаться от реальности и подумать, а думать было много о чём.
Я снова допустила ошибку. Огромную ошибку! И ладно тогда, в первый раз, была пьяна, но сейчас чем объяснить?
Ничем.
Нет никаких оправданий.
- Да нормально, тёть, посидели. Поели шашлыка и поехали домой. Ничего нового.
- Странно. Я не видела, как вы приехали, но Марта сказала, что вернулись оба какие-то взвинченные…
Еле сдерживаю своё фырканье, хотя раньше за мной такого не наблюдалось.
Не смотря на всю мою любовь и уважение, иногда Марта лезет туда, куда ей не следует и потом, естественно, всё докладывает Никольским-старшим. Особенно тете Лизе.
И в этот раз женщина очень сильно подвела меня, сама того не зная.
- Ей показалось, - отвечаю, захлопывая книгу.
Настроение упало ниже плинтуса.
- Но ты же знаешь, Марта никогда просто так ничего не говорит.
Я спокойна. Я не злюсь.
Если вторая мама так хочет поговорить, то почему именно на эту тему, когда есть масса других? Да и вообще! Не хочу сейчас ни с кем разговаривать, а тётя Лиза тоже упорно лезет туда, куда ей лучше не стоит лезть.
Разве своих проблем недостаточно?
Хватаю роман, поднимаюсь с дивана и перевожу дух.
После дня рождения брата, нервы стали каким-то слишком шаткими.
- Я спать, - и ухожу к себе в комнату, тем самым завершая разговор, который мне был ни к чему.
Когда на втором этаже сталкиваюсь с Марком, то тут же отпрыгиваю от него, кажется, на несколько метров. Не издаю никаких звуков, а, взяв себя в руки, просто отступаю ещё на один шаг, не смотря на приличное расстояние между нами.
Не знаю, что у меня за состояние такое, но все чувства внутри как будто умерли, сгорели дотла, и даже на Никольского становится как-то плевать.
- Ульян, - начинает он, но я машу рукой, не желая разговаривать ещё и с ним.
Теперь моя очередь, уходить от разговора.
Возможно поступаю неправильно, но сейчас не хочу, чтобы меня кто-то трогал. Я вообще ничего не хочу.
С психом открываю дверь и громко её захлопываю. Переодеваюсь в черную атласную пижаму и падаю на кровать, но сон как назло не идет, поэтому я решаю спастись спокойной музыкой, чтобы успокоить бурю внутри, но, к сожалению, не помогает. Воспоминания о сексе в лесу не собираются уходить из головы, а стоит вспомнить подробности, так становится трудно дышать.
Это неправильно!
Невыносимо больно и противно, когда мозг твердит одно, а сердце - совершенно другое. Вечная борьба, где непонятно, что победит.
Неожиданно загорается экран телефона. Удивлённо приподнимаюсь с кровати и, не веря, смотрю на светящийся прямоугольник.
Мне пришло сообщение от Никольского, чему я очень удивлена.
Марк: Не спишь?
Раздражённо фыркаю.
Надо же! Какой догадливый! И какое ему дело, сплю я или нет? Почему беспокоится о моем самочувствии? Мы сегодня потрахались? Потрахались! Тогда, что ещё ему нужно от меня?!