На удивление Ева расслабилась. Как-то легче становится, когда узнаешь приговор, по которому тебя собираются судить. Она и сама могла бы догадаться, что все рано или поздно дойдет до начальства.
— В чем же моя вина, по-вашему?
— Для вас это не понятно? Думал, любовницы всегда расчетливы и продумывают все на шаг вперед. А вы у нас неужели мечтательница? Вы рушите семью и мешаете работе, думаю, на встрече вы это заметили. Этого я терпеть не буду. — он устрашающе повысил голос на последней фразе.
— А вы не рассматриваете иные варианты? Например, что не все живут холодным расчетом. Есть еще и чувства! — она пыталась донести до него свою точку зрения. Она видела, как он усмехнулся и закатил глаза на ее ответ.
— Не смешите меня. Если вы рассчитывали заработать, так и быть, я вам заплачу. Достаточно заплачу. А если будете себя хорошо вести и прекратите свои игры, даже позволю продолжить работать. Вы же не дура, давайте решим все как взрослые цивилизованные люди. Если бы я не хотел решить с вами все мирно, я бы даже не стал разговаривать. А сейчас видите, даже варианты вам предоставляю.
Она сидела и смотрела на свои сцепленные пальцы. Костяшки от напряжения побелели. Этот человек считал ее расчетливой женщиной, что кидается на шею его сыночка, чтобы побольше заработать. Неужели можно про нее такое подумать? Она считала, что ее начальник разбирается в людях. Степа раньше рассказывала, что его отец человек сложный и довольно резкий. Теперь она понимала, что он имел в виду. Он напоминал ей удава. Вокруг витала удушающая атмосфера, а в разговоре он выстраивал все так, будто закручивал ее в свои тиски все крепче и крепче. Делал так, что казалось выхода в конце точно не будет. Даже сейчас, видимо, не удовлетворившись ее реакцией, он продолжил:
— У вас же есть ребенок. — голос стал мягче. Он будто пытался ее заговорить. — Я же понимаю, как это затратно. Разве вам нужны лишние проблемы? Я же понимаю, как тяжело растить ребенка одной, без мужа. Но это же не повод рушить чужую семью?
Его можно было понять. Наверное. Но разве она не достойна счастья? Этот человек сейчас пытается ее унизить, даже не зная, что говорит о собственной внучке. Хотя он точно даже представить не может себе невестку вроде нее. Это даже смешно. Но сейчас она сдаться не могла, дала слово Степе, что дальше вместе. Обещала довериться ему и ждать. Ева постаралась собраться, чтобы ответить как можно увереннее.
— Я прошу прощения, но я не буду ничего менять. Никакую семью я не ломаю, и деньги мне ваши не нужны. Деньги вашего сына тоже. Степан сам начал ухаживать за мной и проявил инициативу. Решение согласиться или отказать могу принять только я.
Она резко поднялась со своего места.
— Не думаю, что мне есть что сказать. Я, пожалуй, пойду.
Пока Николай Сергеевич продолжал молчать, она покинула кабинет. Она заметила, как приоткрыл рот, собираясь, что-то добавить, но ее резкий уход, видимо, сбил его. Ее руки дрожали, и сердце колотилось как бешеное. Ее выходка была совсем глупой, но она просто смирилась. Было ясно, что теперь ее уволят. После такого разговора уж точно.
«Ну и пусть! Другую найду. Только вот придется опять Дианку донимать, но она уверена, не откажет».
Но на этом сюрпризы этого дня не заканчивались. Выйдя с работы, Ева снова наткнулась на Руслана. Он стоял прямо напротив входа в здание, прислонившись к машине. Когда она вышла, он сразу ее заметил и достал из машины очередной букет.
Ева опасливо осмотрелась по сторонам. Они договорились встретиться со Степой и поехать вместе. Не хотела она конфликтов.
Руслан подошел к ней со своей фирменной приветливой улыбкой. Можно было подумать, что человек перед не способен на агрессию, но она уж не раз видела его способность менять свое настроение. И это пугало. Лучше видеть правдивые эмоции, какими бы неприятными они нам ни казались, чем постоянно гадать, что у человека на душе и был ли он с тобой когда-нибудь честен.
— Руслан, я же просила тебя это прекратить.
— Что такого в том, чтобы ухаживать за девушкой, которая мне нравится? Причем заметь, давно нравится. — он протянул ей букет. Она его не взяла.
— А что, если девушка против?
— Раньше ты говорила мне другое. — он попытался снова протянуть ей цветы, но не получив ответной реакции, отшвырнул их на бетонные ступени. Ева проследила взглядом за несчастными цветами, а потом снова посмотрела на мужчину.