Внезапно ожил его телефон. Звонили с незнакомого номера. Стоило ему ответить, как он тут же узнал голос друга.
— Привет, дружище. Ты, оказывается, приехал и скрываешься? А за возвращение кто проставляться будет?
— Ха-ха. Ты неисправим. Как номер мой нашел, Миха?
— Да так, есть у нас общие знакомые. Ну так что? Когда планировал объявить о своем прибытии?
— Да я только на днях вернулся. Только и успел, что с квартирой разобраться да в офис заехать.
— Давай встретимся, я ребят соберу. Такое надо отмечать.
Степан рассмеялся. Он уже и забыл, что существуют такие веселые и живые парни, как Миша.
— Ладно, когда вы можете? Я подстроюсь.
— Давай в пятницу на нашем месте, в клубе.
— Только не говори, что этот клуб еще живет? Он же уже в наши студенческие годы был развалюхой.
— Вот тогда был, а теперь он помолодел и принадлежит нашему Семену.
— Да ладно, я смотрю, жизнь без меня прям кипела. Столько событий пропустил.
— А то!
— Ладно, давай на пятницу, я наберу.
Степан убрал телефон, но на губах так и застыла легкая улыбка. Он так скучал по временам, когда они вот так собирались и ни о чем не думали.
— Кто тебе звонил?
— Друг. Миша. Ты его как-то видела.
— А, это тот, с кем ты постоянно от меня в клубы бегал. Он мне не нравится.
— И что я должен с эти делать? — спросил он серьезным лицом.
Она лишь молча отвернулась, закатив глаза. Так, до дома они и ехали в тишине. Степан терпеть не мог, когда ему стараются навязывать какие-либо ограничения. И уж тем более, когда это касается его личных дел. А Света каждый раз старалась полностью вычеркнуть все его прошлое, которое, по ее мнению, не подходило их теперешнему статусу. Он был готов разговаривать и обсуждать, но, когда его вынуждали поступать по чьему-то желанию, он не терпел. Скорее всего, это были последствия взаимоотношений с отцом, который также пытался прогнуть его под свои взгляды на жизнь. Но в чем тот просчитался, так это в том, что они оба получили от природы упертость. И Степа, как следствие, привык отстаивать эти свои границы ото всех.
Каким-то образом его мысли снова вернулись к Еве. Удивительным образом за их короткое знакомство, она никогда ни на чем не настаивала. Она была скорее из тех, кто говорил, что если ты не хочешь, то я сделаю сама так, как мне надо. И у него не оставалось выбора. Да, ему не ставили условий, но поступками, своим «тогда я сама» она заставляла его идти и делать что пожелает. И он шел. Даже не столько шел у нее на поводу, сколько каждый раз было интересно, во что опять влезет эта девчонка.
Периодически он ее вспоминал, но когда встретил ее сегодня, то внутри будто снова все ожило. Она почти не изменилась, все те же волосы ее огненные. Он по жизни вообще на девушек рыжих внимание стал обращать, но такого цвета, как у нее не встречал. Подсознательно понимал, что с ней сравнивает, ищет, но после отъезда запретил об этом думать и оправдывал подобнее банальной реакцией мозга на яркий цвет. Он бы солгал, если сказал, что она не изменилась. Красота у нее стала более изысканная, некая таинственность появилась. Он ее сразу узнал, еще до того, как она повернулась. Почувствовал просто. Ох уж эти глаза ее, большие и неповторимые. Смотрела на него испуганно как-то, но сразу узнала. Ему это польстило даже, что помнит его. А потом взяла и убежала. Он же просто поговорить хотел, а она вся сжалась, будто пряталась, да еще и убежала как ребенок. Вот эту реакцию он так и не поняла.
На следующий день Степан зашел к кадровикам.
— Добрый день, Степан Николаевич! Вы что-то хотели?
— Да, можете направить запрос на перевод из московского филиала Вадима Юханова. Мой знакомый, хочу перевести его в свою команду.
— Да, конечно. Сегодня же направлю документы.
Она видела, что он не уходил.
— Что-то еще?
— У вас, случайно, нет номера новой сотрудницы, Евы Евгеньевны?
Он, конечно, мог спросить и у отца или его секретарши, но сейчас, стоя в кадровом отделе, решил, а почему не спросить напрямую у Ларисы. Она-то точно знает все и про всех.
— Кого?
— Номер Евы Сергеенко, думаю так. Не успел спросить на встрече, она слишком быстро убежала. — зачем-то пояснил он.
Сергеенко, такая фамилия была у Руслана. Он был уверен, что они поженились, правда, кольцо не увидел при встрече. Но он был уверен, такая девушка не может быть одна, поэтому подумал, что она наверняка просто его не носит. Такое же бывает.
Но женщина его, видимо, не поняла, она непонимающе смотрела на него, пытаясь понять, про кого он говорит.