Когда Хару только отошел от этого парня, из магазина вышла и бабуля:
— О чем это ты с ним разговаривал? — строго спросила она.
— Узнавал насчет работы, — честно признался Хару.
— Зазывалой? — почти в ужасе спросила бабуля.
— А что? Единственное, что их интересует при найме — моя внешность. Я же еще не устроился. Так, спросил…
— Эти конторы ненадежные, могут обмануть тебя, — сердито проворчала бабушка.
— Это большой магазин, работают парни на известный бренд, — с улыбкой ответил Хару. — Даже я это название знаю. Те, кто дают им работу, точно не аферисты. Я поэтому у него и спрашивал, а не в интернете искал.
Бабушка на секунду даже рост приоткрыла, а потом улыбнулась:
— Умно, умно. Все же внуки у меня замечательные. Но тебе пока нельзя! Пока врач до занятий не допустит, узнавать насчет работы не пойдешь! — категорично заявила она.
— Можно подумать, меня с этими ссадинами кто-то возьмет, — буркнул Хару.
До того, как повалить Хару на пол, Ёну успел пару раз ударить его по лицу. Кольцом рассек кожу на скуле, получилась глубокая царапина, а еще у губы рана, тоже неохотно заживает. Они уже не причиняли особого неудобства, но и не исчезли полностью.
— Тогда хорошо, что я тебе не только крем купила…
— Что там еще? — с легкой паникой в голосе уточнил Хару.
— Дома узнаешь.
Ему самому тщательный уход за кожей казался чем-то слишком… женским. Прежний Хару тоже не был ярым фанатом уходовой косметики. Но… для молодого корейского парня это, скорее, исключение. Следить за состоянием кожи — нормальная практика для всех мужчин.
Средств оказалось три, ничего криминального.
— Сначала этим умываешься, вытираешь лицо, потом пару капель этого на лицо, потом этот крем, — инструктировала его бабушка.
— А можно все сразу в банку с кремом вылить и мазаться одним? — уточнил Хару.
— Я тебе вылью! — недовольно замахнулась на него бабуля. — Сложно два раза лицо намазать?
Хару тяжело вздохнул и поплелся в ванную, расставлять бутыльки. У мамы косметика тоже есть, но она, наверное, какая-то другая… Впрочем, у Хару были и свои средства. Основная причина их наличия — светлая кожа и опасное корейское солнце. Хару быстро сгорает и ощущается это крайне неприятно. Кожа на лице становится сухой, чешется и шелушится, постоянно зудит… В таких условиях утром мазаться spf-защитой, а вечером ее смывать специальным средством — не такая уж большая трудность. Теперь бабуля прибавила к этому еще что-то для ухода.
Чего у Хару не было — это средств для бритья. У азиатов пубертат и начинается позднее, и последствия его растянуты во времени. Шикарной бороды у него в принципе быть не может, а пока что количество волос на лице таково, что Хару предпочитал вырывать эти отдельные волоски пинцетом. Особого стремления к бритью у корейских парней вообще нет. На памяти Антона многие его одноклассники с плохо скрываемой гордостью говорили, что начали бриться по утрам. Здесь необходимость покупать бритвенный станок синонимом взросления не считают. Пока есть возможность — выдергивают, потом либо идут удалять насовсем, либо смиряются с фактом бритья.
Приятным событием было то, что Хару может вернуться в свою комнату. После дивана будет немного непривычно ложиться спать на пол, но в остальном… Приятно быть в отдельной комнате, а не там, где вечно все ходят.
Комната маленькая, поэтому и мебели здесь немного. Шкаф для вещей, самый обычный. Есть еще узкий комод, рядом с ним висит зеркало, в котором можно увидеть себя в полный рост. Письменный стол, над ним — полка. Рядом со столом просто сплошная гора старых учебников. В корейских школах учатся преимущественно с использованием рабочих тетрадей, то есть продать их позднее нельзя. Хару складывает их в стопку у стола, потому что жалко выкидывать. Сейчас он вернул на стол свой старенький ноутбук и улегся на матрас. Лежать даже удобно — матрас хороший, приятной жесткости. Лучше, чем на диване. И не скрипит ничего.
Но тут взгляд Хару зацепился за гитару. Обычную, акустическую гитару от фирмы Crafter. Ее прошлый Хару утащил у дедушки, немного учился играть, в средней школе они с Тэюном хотели создать свою рок-группу… но даже играть нормально не научились — раньше бросили. Вот только… Антон умел играть на гитаре. И учился он этому в музыкальной школе. Не сказать, что данное обучение его радовало, но мама настаивала, так что он покорно обучался академической игре целых пять лет. Потом бросил, потому что ему жутко не нравилось в эту музыкальную школу ходить. Все во дворе в футбол гоняют, а он какие-то странные мелодии должен разучивать.