— И мне всегда было интересно. Вот вы, когда выслуживаетесь перед Джиу, что-то от нее получаете? Или вы как собачки — все делали, потому что хозяин называет вас хорошими мальчиками? — Хару замолчал ненадолго, а потом посчитал необходимым объясниться: — Не думай, что я не понял, кто тебя попросил поговорить со мной об этом.
Хенхо смутился. Ёну все же смеялся — он убрал ладони от лица и откинулся на спинку стула, достаточно громко хохоча. В столовой многие смотрели на них. Столы стоят достаточно далеко друг от друга, да и шум приличный, поэтому вряд ли кто услышал их разговор в подробностях. Но не заметить хохочущих Ёну и Тэюна было сложно.
— Я никогда раньше не задумывался о том, как это выглядит со стороны, — признался Ёну, когда отсмеялся. — Но сейчас понял, что я ведь реально, как собачка, делал вещи, которые гипотетически могли ее порадовать. Зачем? Сам не знаю.
— И что, любовь закончилась? — иронично спросил Тэюн.
Особого сочувствия в нем не было. Да и Хару не сказать, что проникся такой уж симпатией к Ёну. Они вместе учатся с младшей школы. Когда были детьми, даже ладили… первые года два. Потом начали постоянно ссориться. В средней школе уже практически не общались, при этом Ёну с друзьями часто пытался как-то оскорбить Хару. Эта многолетнее недовольство друг другом, разумеется, не может пройти из-за одного извинения и пары шуток.
— Думаю, любви и не было, — печально ответил Ёну. — Но я не хочу об этом говорить с вами, все равно вы вряд ли поймете. Кстати… ходят сплетни, что Джиу к тебе уже подкатывала. Это правда?
Хару сделал вид, что очень занят едой.
— Правда, — за него ответил Тэюн. — Но он даже мне не рассказывал, как именно.
Хару подавился:
— Как ты узнал?
— Как я мог НЕ узнать? Я с тобой разговариваю больше и чаще, чем с собственным отцом. Разумеется, я заметил, что ты стал иначе говорить о Джиу.
Хару печально вздохнул. Ну да. Та еще тайна получилась. Возможно, парни попытались бы продолжить разговор, но Хару повезло — кто-то кого-то толкнул у стола раздачи, итогом чего стал опрокинутый поднос, испачканная форма и громкие разбирательства. Хару посчитал это прекрасным поводом для того, чтобы побыстрее доесть свой обед и уйти подальше от этой компании.
— Я зайду в библиотеку, — сказал он Тэюну, — Нашу, школьную. Потом в класс, хорошо?
Тэюн кивнул. Он скандалом вокруг опрокинутого подноса был увлечен больше, поэтому доесть не успел. Оставлять его наедине с Ёну и Хенхо не страшно — во время еды они его вряд ли успеют как-то… обидеть. Да и не маленький он уже, чтобы так переживать о сохранности его психики.
У Хару действительно были некоторые дела. В школьной библиотеке, разумеется, из художественной литературы будет только то, что заявлено в программе. Зато много справочников по самым разным темам. Хару надеялся, что найдется хотя бы один из нужных ему. Первый — сборник песен для музыкального кружка, там теоретически должны быть старые корейские песни и переводы рок-классики на корейский — это будет интересно сыграть. Второй — это учебник для театрального кружка, там базовые упражнения. Первый ему нужен, потому что в Корее строгие правила в отношении копирования и далеко не все можно найти в интернете. Второе — чтобы потом объяснить, откуда он что-то знает об актерстве. Не будешь же рассказывать людям про то, что смотрел ролики русских блогеров.
Удивительно, но в библиотеке оказалось обе книги. Хару записал обе на себя и направился в кабинет. Тэюна еще не было. То ли долго ест, то ли с кем-то болтает. И второе вполне вероятно. Они много общаются вне школы, поэтому в учебное время совершенно нормально себя чувствуют, разделяясь. И так рядом сидят, куда уж больше общаться-то. Реально как сиамские близнецы.
Глава 9
Странности перевода
В классе в это время никого нет. Хару положил сборник песен в свой шкафчик, а сам сел за парту с учебником актерского мастерства. Он сомневался, что сможет что-нибудь там понять, после четырех насыщенных уроков-то, но подача оказалась очень легкой, читалось интересно, поэтому он легко освоил введение. Даже ощутил некоторый подъем: создавалось впечатление, будто актерство — это увлекательное занятие, освоить которое может каждый. Автор этой книги, как минимум, писать умеет хорошо.
Внезапно девичья рука нагло эту книгу захлопнула, и Джиу — а это была она — капризным тоном заметила:
— Никогда не понимала, как можно так много читать, но при этом все еще не быть в классе А.