– Ты не поняла. Я не пойду, Тань.
Что за бред? Мне бы осмыслить, а я только и могу, что растерянно ресницами хлопать. Ну не всерьёз же он, правда! Это же Ваня! Наверняка просто шутит! Только не понимает, что шутка его не к месту: губы поджимает, отводит взгляд в сторону и всё так же решительно цедит:
– Не будет никакой свадьбы. Не нужна она нам.
Отлично!
– Ты головой тронулся, что ли? Нас люди ждут, а ты тут шутки шутишь! – завожусь, яростно вырывая свою руку из его стального захвата и не слишком-то церемонясь в грудь толкаю. – Мозги у тебя набекрень, Брагин! Нужно было Сашку слушать, когда она меня предупреждала, что братец у неё тот ещё фрукт!
Любитель влипать в истории, любитель помахать кулаками, и, как оказалось, любитель доводить невест и без того взвинченных перед самой важной в их жизни церемонией.
– Пошли! Не до шуток сейчас! – командую, зло глянув на мужчину из-под пушистых ресниц, и в одиночку поднимаюсь по блестящей каменной лестнице, ворча что-то под нос про тяжесть свадебного платья. Я поднимаюсь, а звуков его шагов всё не раздаётся…
– Ваня! – вот и психую, топая высоченным каблучком, звонко лязгнувшим по каменному полу. Слишком звонко. Так громко прозвучавшим в этой внезапно повисшей в вестибюле тишине, что через мгновение на этот грохот даже Саша из зала выбегает. Нетерпеливо таращится на нас и, красноречиво ткнув пальцем в огромные часы, украшающие стену над входной дверью, одними глазами интересуется: «Долго вас ждать?».
Да если б я знала! Хочу её успокоить, но Ваня мне шанса не оставляет. Как час назад во дворе моего дома, пятится назад, не спуская глаз с моего лица, и вновь одними губами шепчет… На этот раз ни слова о любви:
– Нет. Свадьбы не будет, – на этот раз, что-то, что я принять не могу. Даже сейчас, когда тяжёлые дубовые двери ещё пронзительней стонут, выпуская моего жениха на улицу, а его опешившая сестра на негнущихся ногах ближе подходит:
– Тань, – плеча моего касается, раз за разом поглядывая на дверь, в которую Брагин, похоже, уже не зайдёт, и непослушными губами шепчет:
– Боже мой…
Глава 1
Платье всё такое же белое. Слегка заляпанное дорожной пылью на подоле, изрядно помятое трёхлетним заточением в картонной коробке, брошенной на пол гаража, но при желании я могла бы его надеть. Могла влезть в этот расшитый витиеватыми узорами корсет, могла бы затянуть его потуже, а после раз двадцать разгладить рукой невесомое кружево, спускающееся от талии к самому полу.
И плевать, что такие платья уже не в моде. И что снимать его с меня будет уже не Ванька.
Свыклась же. И с этой потерей и с горечью, что оставляет на кончике языка его имя. Всегда оставляет, пусть я вслух его и не произношу. Запретное оно.
– Выкинешь? – Саша вздыхает, кивая на зажатый в моих пальцах мусорный пакет, а когда ответом ей служит гробовое молчание, с пониманием кивает. – И правильно. Давно пора.
Тем более что у меня теперь другое есть: не такое пышное, не такое сверкающее дешёвыми стразами, не такое белое, ведь белое, на мой взгляд, мне совсем не идёт. Шампань – изящный крой и никаких колец под юбкой, чтобы хотя бы на один вечер почувствовать себя принцессой. Ведь никакая я не принцесса – они от счастья светятся и в загсе принцы их не бросают. А меня бросили: без объяснений, и даже в глаза напоследок не взглянули, чтобы увидеть как медленно в них то самое счастье гасло.
– Выкину. Его, и всю ту гору хлама, что натащила сюда моя родня. Женя здесь машину ставить будет.
Сразу, как въедет в мою квартиру – у него однушка, а у меня трёхкомнатные хоромы, оставленные мне отцом, что уже второй год греет кости под южным солнцем. Ремонт старенький, зато квадратных метров достаточно, чтобы молодая семья могла развернуться с комфортом. Большая семья, ведь Женька от меня недалеко ушёл: огромный мейн-кун и безобразный мопс, которого в прошлом году привели к нему на усыпление. Говорят, на пол гадить повадился, но как по мне разгневал он бывших владельцев вовсе не этим – у него непреодолимая тяга к женским туфлям. Моих только три пары сгрыз, так что не будь я волонтёром, осуждать его хозяйку не рискнула бы. А так вздыхаю – когда из его пасти не торчит тщательно пережёванный каблук, пёс Банни довольно милый. Милый, если вам нравятся складки, неуклюжая походка и бесконечное хрюканье.
– А ещё я отпуск взяла. Займёмся Жениным переездом, подберём подходящий тур, наконец, с рестораном определимся…
Свадьба же на носу. Выездная регистрация, ведь с шикарными залами загса отношения у меня не сложились; двухчасовая фотосессия на фоне городских достопримечательностей и танцы до самой ночи, а времени на подготовку в обрез – жалкий месяц. Душный месяц, когда больше всего на свете хочется нежиться на берегу реки, а вместо этого предстоит искать подходящее помещение, где сможет с комфортом разместиться семьдесят пять человек.