— Свой человек.
Менты облегченно вздохнули, закрыли дверь на замок и приступили к прерванному делу. Лейтенант выхватил из-под бумажек на столе листик с расчерченной «пулей», потом выдернул из кармана свои карты. Второй мент приоткрыл дверцу сейфа и из-за бутылки водки извлек остатки колоды. Третий нашел свои карты в кармане кителя, после того, как обыскал карманы собственных брюк. Что касается Рябова, то он, по всей вероятности, сидел на прикупе, потому что, в отличие от ментов, не рылся в карманах.
— Знакомьтесь, ребята. Это Гена, — брякнул Рябов первое попавшееся ему на язык имя.
Хотя против имени «Гена» я ничего не имел и даже не успел к нему привыкнуть, тут же пожаловался ментам:
— Да, что делать, как только тот мультик сняли, так меня все крокодилом дразнят. А его, — я кивнул на Рябова, — Чебурашкой.
Менты почему-то обрадовались этому сообщению и тут же на их лицах проявилась озабоченность — в дверь постучали.
— Не прячьте, ребята, — раздался рев из-за двери. — Это я.
Лейтенант открыл дверь и в комнату ворвался приземистый тип с погонами капитана.
— Петро, — обратился он к старлею, не успевшему снова спрятать колоду в сейф. — Я сейчас домой еду. Ты через час где-то позвони и вызови меня. Я с такой бабой договорился! Так что, смотри, не забудь. Дайте три литры бензина, а то не доеду.
Менты одновременно загудели, что баба — дело, конечно, святое, но с бензином сейчас гораздо напряженнее, чем с телками.
— Капитан, — протянул я ему ключи от рябовской машины, — там «Волга» стоит у входа. Сточи с нее литров пять. Только не увлекайся.
Капитан выскочил на улицу, старлей умело тасовал колоду, но в этот трудовой процесс вмешался телефонный звонок.
— Да, — продолжал тасовать колоду старлей, прижимая плечом трубку к уху, — подумаешь, пропал. Зарплата же была. Не орите… Не волнуйтесь… А в морге были? Тоже нет. Ну, раз в больнице и морге нет, найдется. У нас? Сейчас посмотрю…
Старлей положил трубку на стол, быстро сдал карты, ловко бросил сигарету в рот, затянулся и закончил беседу:
— По нашим данным его здесь тоже нет. Если через три дня не найдется — подавайте заявление.
— Не дадут играть, мать их, — выругался лейтенант, — сейчас хоть разбивай этот телефон.
Словно подтверждая его слова, звонок снова оторвал игроков отдела.
На этот раз трубку схватил лейтенант с таким видом, будто собирался расправиться с надоевшим ему аппаратом.
— Да. Ага, конечно. Нет Петра Григорьевича, — лейтенант подмигнул старлею, — он на задании. Конечно, передам. До… Да… Да… До… Да! До свидания!
— Чтоб вы уже пропали, — заметил лейтенант, с силой бросив трубку на рычаги.
В кабинете снова появился капитан, сверкая улыбкой и форменными пуговицами. Он протянул мне ключи, намекнув, что с него причитается, еще раз повторил указание насчет срочного вызова на боевое задание и умчался.
Не успел лейтенант запереть за ним дверь, как телефон напомнил о своем существовании.
— Да… Здравствуйте, Григорий Пантелеймоныч… Даю… — на этот раз трубку взял молчавший до сих пор второй лейтенант.
— Петро, батя тебя…
— Батя, да… Достал кое-что. Завтра обещали… Да. Конечно, приеду, — старлей Петро положил трубку и грустно заметил:
— Операцию бате надо. Так они сказали — привозите, только сначала достаньте все лекарства, шприцы, капельницы. И если их машина забирать будет — еще пять литров бензина. А так — даже не принимают.
— Это еще ничего, — успокоил старлея младший по званию, вернувшийся от двери, — у меня вот сосед помер. Хороший старик был. Две Славы имел. Вызвали ему «скорую» соседи со второго этажа, а как говорить, не знали. Те ж первым делом о возрасте интересуются. Они и сказали — семьдесят три. Так… В общем, помер старик, «скорой» не дождался.
Старлей Петро покачал головой:
— Я сегодня только за уколы две зарплаты отдал. А еще таблетки нужны, капельницы мне на «шарика» один обещал. А еще же хирургу надо дать, анестезиологу, нянечкам…
Телефон взорвался очередным звонком.
— Да, понял. Нет, не получится. А у нас ехать не на чем. Сами обещали хоть восемь литров в день, а мы уже неделю… Да. Есть. Понял.
— Так я ему и поеду, — заметил старлей, кивнув на телефон. — Сам еле вчера домой добрался. Лампочка красная второй день горит…
Очередной звонок не позволил старлею закончить фразу.
— Да! Что значит, сосед угрожает? На то он и сосед по коммуне… Что? Пистолетом угрожает? Выезжаем.
Менты подскочили, как ошпаренные.