Я прикончил свою вторую кружку и теперь сидел, бессмысленно уставившись на притолоку входной двери и пересчитывая зарубки на ней. Каждый выигравший больше десяти кредосов имел право оставить здесь зарубку и нацарапать свое имя.
На сорок второй зарубке мое увлекательное занятие было прервано появлением очередного туриста.
Входная дверь скрипнула и, близоруко прищурившись в темном помещении, внутрь шагнул высокий человек в синтрилоновом комбинезоне ярко-голубого цвета. За всеми столиками мгновенно установилась тишина, и все головы повернулись в сторону незнакомца. Необычна была не только его одежда. Волевое загорелое лицо, аккуратно подстриженные короткие волосы с сединой, небрежная манера держаться, и раскованность в движениях, несвойственная жителям Ластера, все говорило о том, что он прибыл издалека. Если бы я сам, два дня назад, не побывал на старом космодроме и лично не убедился в его плачевном состоянии, то мог бы поклясться, что это космонит, причем космонит настоящий. В этом убеждала не только его одежда. Туристы никогда не появлялись здесь без охраны, но этот человек был один, и он направился к свободному столику, — чего никогда бы себе не позволил ни один турист. Во всех туристических справочниках говорилось о том, что в «Левом стабилизаторе» посторонним разрешается пользоваться только стойкой. Мне самому понадобилось почти две недели ежедневных посещений кабачка, прежде чем я обзавелся здесь постоянным местом.
Теперь события должны были принять непредсказуемый оборот, и я с интересом следил за их развитием, не подозревая еще, что все происходящее касается меня самым непосредственным образом.
Посетитель обвел все столики внешне равнодушным взглядом, и мне показалось, что на секунду дольше, чем на остальных, его взгляд задержался на моем. Я подумал, что его внимание привлекла пустая кружка, не успел развить эту мысль, потому что огромная туша бармена Николаса уже приблизилась к столику незнакомца.
Николас, чья необъятная фигура состояла отнюдь не из жира, по совместительству выполнял в кабачке роль вышибалы и следил за тем, чтобы все писаные и неписаные правила «Левого стабилизатора» свято соблюдались его посетителями.
— Вам следует пройти к стойке. За столиками мы посторонних не обслуживаем, — пророкотал Николас, впрочем, пока что вполне миролюбиво. К тем, кто нарушал правила по незнанию, он относился достаточно терпимо. Но этот странный посетитель даже не сдвинулся с места. Он продолжал сидеть, не меняя позы, и улыбался Николасу. Однако его улыбка, мягко говоря, не соответствовала тому, что он ответил бармену.
— Я предпочитаю сидеть там, где мне нравится. И обслужить вы меня должны быстро и качественно.
Ничего удивительного не было в том, что Николас завелся после этой фразы. Он протянул к незнакомцу свою огромную ручищу, собираясь, видимо, ухватить его за ворот комбинезона, но вместо этого рухнул на стол, угодив лицом в блюдо с недоеденным салатом, оставшееся там от предыдущего посетителя.
Все находившиеся в кабачке, включая и меня самого, мгновенно оказались на ногах. Я знал, что за этим последует. Здесь не любили незнакомцев, которые позволяли себе подобные выходки. Еще никто толком не сумел понять, что происходит, а несколько человек уже бросились на необычного посетителя, причем четверо из нападавших с тяжелыми глиняными кружками в руках — обычным оружием в кабацких потасовках — оказались у него за спиной.
И в этот момент я услышал и мгновенно определил короткий стрекочущий звук парализаторов. Причем сразу нескольких. Все нападавшие оказались лежащими на полу. Обернувшись на звук, я заметил в дверях двоих в коротких плащах точно такого же, как у первого посетителя, цвета. Оба они держали в руках направленные на меня парализаторы, и, только заметив это, я увидел у себя в руке «жало осы» со взведенной тетивой. Крохотная смертоносная стрелка была направлена в живот странному визитеру, а мой палец лежал на спусковом крючке. Причем я даже не успел заметить, когда проделал все необходимые для этого движения.
Несмотря на то что я теперь не мог войти в настоящий энергетический транс, остатки энергана в моей крови в момент опасности все же ускорили реакции настолько, что они намного превзошли возможности обычного человека.
— Не советую вам это делать, — проговорил незнакомец совершенно спокойно. И этим своим тоном приостановил движение моего пальца, уже давившего на спусковой крючок арбалета. Если не считать людей с парализаторами у двери, то в кабачке на ногах оставались только мы двое. Усмехнувшись, я поинтересовался: