— Это все военные трофеи. Устав нашего ордена позволяет использовать добытое в бою на благо общины.
Неплохой устав они для себя придумали. Впрочем, эта история повторялась почти в каждой монашеской обители, вставшей на военную тропу. В конце концов, всегда находился человек, решившийся изменить строгие правила на пользу братьям.
Миновав длинную галерею, мы оказались перед дверью, у которой стояли двое стражей в полном вооружении. Их присутствие мне не понравилось. Кого так боятся монахи, если вынуждены устанавливать посты охраны даже внутри монастыря? Все это еще предстояло выяснить, как, впрочем, и многое другое. Внутреннее убранство кельи, охраняемой стражами, резко контрастировало с общественными залами. Узкая жесткая койка, коврик для медитаций, стол и глиняный кувшин — все это больше напоминало камеру узника. Вряд ли подобная келья могла принадлежать самому старшему брату, и вскоре я убедился в том, что моя догадка верна.
— Здесь вы будете жить.
— А охрана зачем?
— Вы не являетесь членом общины. Много раз к нам пытались проникнуть шпионы лорда. Есть и другие люди, заинтересованные в том, чтобы добраться до наших секретов. До тех пор, пока вы не пройдете испытание, вам придется мириться со стражей, которая будет сопровождать вас повсюду. Кстати, это необходимо и для вашей собственной безопасности.
— Вот как, и кого же я должен опасаться?
— Этому зданию тысячи лет. В его стенах живут существа, о которых вы наверняка даже не слышали. Вы знаете, кто такие спирулеты?
— Впервые слышу.
— Вот видите! Если им встречается человек, незнакомый с приемами магической защиты, они начинают вертеться вокруг него до тех пор, пока разум несчастного не покинет его бренное тело. Здесь есть комнаты, в которые можно войти, но из которых невозможно потом выйти. Уверяю вас, все наши правила весьма разумны и направлены на благо.
— А в чем будет состоять испытание, о котором я все время слышу?
— Ничего особенного. Вы можете считать, что оно уже началось. Мы должны знать, с кем имеем дело, и тот ли вы человек, которого мы ждали. Давайте присядем, и вы расскажете мне всю свою историю. С самого начала. Кто вы такой? Каким образом появились здесь? Почему за вами охотятся люди Грегориана? В общем, рассказывайте все по порядку и помните — я сумею распознать любую ложь. И не торопитесь. Времени у нас сколько угодно.
Конечно. Все очень мило. Однако мне совсем не нравились стража за дверью и прием, который мне оказали. Поэтому я начал не совсем с того, чего ожидал от меня старший брат.
— Прежде чем я начну свой в общем-то непростой рассказ... Кстати, как я должен вас называть?
— Зовите меня, как все остальные, старшим братом.
— Означает ли это, что, кроме вас, существует еще какой-нибудь, более старший брат?
— У нас довольно сложная иерархия, со временем вы с ней познакомитесь.
— Отлично, старший брат! Так вот, прежде чем я начну свой рассказ, я хочу кое-что уточнить. Спейс говорил мне, что я буду обучаться в вашем монастыре, но он ни словечка не обронил о том, что я буду здесь пленником.
— С чего вы взяли, что вы пленник? Вы можете в любую минуту покинуть и эту келью, и сам монастырь. Охрана лишь оберегает вас от необдуманных поступков внутри здания и заботится о вашей безопасности до тех пор, пока вы остаетесь в монастыре.
— Прекрасно. Раз мы уточнили этот вопрос, я, пожалуй, начну.
И я начал. Я выдал ему все, не заботясь о том, поймет ли он мой рассказ и поверит ли в него. Мне было все равно, потому что мне уже начали надоедать странные порядки этого заведения. И единственное, что меня заставляло сидеть перед хмурым старцем и нести, с его точки зрения, невероятную чушь, так это желание хоть что-то узнать о дороге деймов, занесшей меня на эту планету.
Я рассказал о своем знакомстве с Джиной, об энергане, рабстве на каменоломнях и, наконец, о своей казни.
До этого места старший брат, несмотря на недоверчивую мину на лице, слушал меня очень внимательно, ни разу не прервав мой рассказ, и только когда я дошел до описания процедуры самой казни, он остановил меня совершенно неожиданным вопросом:
— Какого цвета была плита, на которую вас сбросили?
— Какого цвета?.. Вы, надеюсь, шутите? Если бы вас сбросили со скалы в пропасть, вы сумели бы определить цвет камня, о который разбились?
— Но вы не разбились. Поэтому напрягите свою память и постарайтесь вспомнить, — это очень важно!
— Она была черная! Черная, как ночь!