«Мумия» на цепях затряслась всем телом, защелкала зубами. Я подумал, что этот Отец поселения отмучился и решил, наконец, подохнуть, но он всего лишь смеялся – жутко, безумно.
Я посмотрел на Камиллу, та не сводила глаз с темной материи. Мне показалось, что вокруг ее бледных кистей собирается тьма.
– Из мрака вышли, во мрак и уйдем, – громко и отчетливо сказала Милка на языке Крылатых. – Я готова отдать себя во власть тьмы, пусть мое лоно выносит здоровое дитя для Народа Вечности. Я – Мать экипажа, и души моих людей принадлежат мне.
– Люди экипажа – стать заложники, их – жить, – пробулькала «мумия», начиная раскачиваться на цепях. – Ты – пить мрак. Ты рожать дочь и сын Народ Вечности.
– Антитела, – не глядя в мою сторону, сказала Милка по-русски. – Программа – здесь, – она коснулась окутанной тенью щепотью к виску. – Тысячи лет – жизнь, подчиненная строгим ритуалам.
Отец поселения заговорил. Он булькал и подергивался минуты две. На середине его речь была прервана истошным воплем: это «мумия», которая накаляла клещи в жаровне, наконец, опробовала инструмент на размотавшем бинты живом мертвеце. Вопль быстро оборвался, – страдалец потерял сознание. Наш конвой защелкал зубами, то ли одобряя, то ли негодуя, – я так и не понял, что именно «мумии» выражали этим звуком.
– Он говорит, что предложение начать мирные переговоры они проверят: отправят в точку рандеву корабль, на котором будете находиться вы в качестве заложников, – перевела Камилла тихим голосом. – Мне Отец поселения сулит свое покровительство и долгие годы работы на должности местной муравьиной матки. Я ему понравилась, короче.
– Губа не дура, – так же тихо ответил я и принялся лихорадочно озираться: если бы под руку подвернулось что-нибудь, что можно было бы использовать в качестве оружия…
– Сейчас тебя уведут, а я – останусь, – холодно проговорила Камилла. – Веди себя смирно и ничего не предпринимай. Считай, что это приказ.
– Ладно, – ответил я, продолжая обшаривать взглядом зал.
– Если все пройдет удачно и вы заключите с этими очаровашками мир… Посмотри на меня, Женька! Ты же запомнил, на какой планете я осталась, да?
– Да, дорогая, да… – рассеяно ответил я. Естественно, я и не думал бросать Камиллу на утеху этим тварям. Довели истязаниями своих баб до того, что они теперь рожать не в состоянии. И пленницы с Земли, видите ли, должны их обслуживать.
Обреченные, безумные, злобные чудовища.
Я мог навскидку назвать две земные цивилизации, которые способны были породить похожих на «мумий» существ, если бы они дотянули до нынешних времен. Цивилизация Древнего Египта, люди которой всю жизнь готовились к смерти, а к покойникам относились с большим почтением, чем к живым. Цивилизация индейцев майя – высококультурная, сведущая в астрономии, но упивающаяся кровавыми ритуалами, не жалеющая ни своих, ни чужих, ради того, чтобы умилостивить богов щедрыми человеческими жертвами. Они стали бы с годами (с тысячелетиями!) близки «мумиям», если бы, конечно, избрали путь ужесточения традиций и верований; если бы продолжили давить проявления свободомыслия и иного мировоззрения. И если бы они смогли устоять перед неизбежными завоевателями.
Не знаю, что предпочтительнее – мир и сосуществование с этими монстрами или война на уничтожение. Это, скорее, вопрос философский. Но Иванов никогда не видел «мумий» близко – так, как видел я, как Камилла видела, как Настасья, в конце концов! И никто – достойные джентльмены с гарвардским или оксфордским образованием из Генеральной Ассамблеи и Совета Безопасности ООН – не видели эту мерзость так близко и понятия не имеют, с кем им придется вести переговоры!
– Иди, – сказала на прощание Камилла и тут же отвернулась.
Снова защелкали раскаленные клещи, в нос ударил смрад горелого мяса. Как и в прошлый раз, покорный страдалец завопил и тут же отключился. «Мумии»-конвоиры защелкали зубами. А я ударил ближайшую кулаком в челюсть. Коротко так, без замаха, но вложив в удар всю массу.
Как я и ожидал, подвернувшаяся под руку «мумия» весила очень мало. Не более пятидесяти килограммов. Это-то против моего почти центнера. Рукопашная, в которой довелось поучаствовать на Убежище, преподнесла мне ценный урок. Я понял, что не только компьютеры и субсветовые ракеты решают исход сражения. Данные природой кости и мышцы, кулаки и зубы по-прежнему чего-то стоят. Со дня кровопролития в стойбище Каменных Животов у меня не было возможности заниматься физической формой, но теперь я обладал важным преимуществом, – я был готов. Был готов бить изо всех сил и ощущать, как мои кулаки ломают кости другому живому и разумному существу.