«Очнись, Леся. Какие могут быть друзья? Ты в Саритии».
Так-то так, но я не чувствовала от незнакомца угрозы.
«Так всегда и бывает, – вклинился внутренний голос. – Большинство маньяков поначалу кажутся милейшими людьми. Вспомни хотя бы своего муженька».
– Не бойся, – словно подслушав мои мысли, успокаивающе поднял руки наемник. – Я тебе не враг. Меня прислал герцог Абьери.
Он достал из нагрудного кармана знакомую металлическую бляшку. Такие носили стражники герцога.
– Видишь? Не сомневайся. Идти сможешь? Ниже есть расщелина, нужно до нее добраться. Давай руку.
– Герцог нанял вас для моих поисков?
Я недоверчиво покосилась на мужчину, не торопясь радоваться неожиданному попутчику.
– Да.
– Как вас зовут?
Я хотела понять, откуда он – из Ветерии или из Саритии.
– Сальваторе Рителли.
Значит, ветериец.
– Нужно убираться отсюда, – добавил наемник, и на жестком лице застыло непонятное выражение. – Не бойся, не съем, – потрескавшиеся губы растянулись в улыбке, которая самому Рителли, наверное, казалась приветливой. Вот только у меня от нее мурашки по спине побежали. – Идем.
– Я сама, – покосившись на огромную ладонь, шагнула на тропу.
Усталость валила с ног, но я понимала, что нужно уйти от разлома.
– Упрямая, – пробасил наемник и крепко ухватил меня за руку. – Тут шею свернуть – плевое дело, – пояснил он и стал спускаться, ведя меня за собой и продолжая свой рассказ.
Чувствовалось, что это не самое привычное для него занятие. Сальваторе говорил короткими рублеными фразами, обрывая предложения, отчего они звучали резко, как текст телеграммы. Так и хотелось добавить после каждого – «тчк».
– Пришлось за тобой побегать. Еще и гора эта. Сам видел, как вы вошли в разлом. А когда поднялся, не смог найти вход. Сплошная каменная стена. Весь день искал хоть какую-то щель, и ничего. Как ты оттуда вышла? И где твой спутник?
– Потерялся.
– Кто он?
– Храмовник.
Я и сама не заметила, как заговорила в похожей манере.
– Чего от тебя хотел?
– Надеялся, что найду какую-то дорогу через гору. Думаю, он немного не в себе. Больной на голову, – пояснила прищурившемуся наемнику и с облегчением поняла, что мы пришли. Расщелина оказалась почти незаметной, но довольно удобной, в ней вполне могли поместиться пара-тройка человек.
– Вот, садись, – кинув на камни свой плащ, предложил Сальваторе. – Есть хочешь?
– Мне бы воды.
Пока бродила по коридорам разлома, ни пить, ни есть не хотелось. Да я и не думала об этом, просто искала выход, не понимая, сколько времени прошло. А вот сейчас ощутила такую жажду, что готова была выпить целое ведро.
– Держи.
Мне в руку ткнулась небольшая баклага с магическим знаком в виде бесконечности. Удобная вещь. Вода в таких не убывала на протяжении нескольких дней.
– Не спеши, – хмыкнул Сальваторе, глядя, как я пью.
Какой там не спеши! Кажется, в жизни не пила такой вкусной воды. Я глотала ее взахлеб, торопилась и никак не могла остановиться.
– Ты не сказала, как вошла в разлом, – дождавшись, пока я оторвусь от баклаги, напомнил наемник.
– Не знаю. Как обычно.
– Как обычно? У меня вот не вышло.
– Может, у меня получилось, потому что рядом был храмовник? У членов ордена особая магия, им подвластно многое из того, чего не умеют простые маги.
– Странный у тебя говор, – цепко посмотрел на меня Сальваторе. – Не похож на саритийский.
Я промолчала. Пусть думает, что хочет. Как ни странно, угрозы я по-прежнему не чувствовала. Наоборот. Внутри появилось чувство, что мы с наемником действительно знакомы. Я присмотрелась внимательнее. Кого-то он мне напоминал. Цепкие умные глаза, суровое лицо, большой перебитый нос. Точно. Если убрать щетину и добавить на тонкие губы добрую улыбку, то Рителли окажется вылитым дядей Мишей. Тому в молодости тоже сломали нос в какой-то драке, и глаза у него были точь-в-точь как у сидящего рядом мужчины. Или это обманчивый лунный свет заставляет искать сходство там, где его нет?
– Устала? До утра еще пара часов, поспи, – посоветовал наемник и приткнулся к каменному выступу. – А я покараулю. Странное место, – словно про себя, сказал он, а я задумалась.
Действительно странное. Почему наемник не смог отыскать проем? Вон же он, в паре метров над нами. Зияет черной раной, и захочешь мимо пройти – не получится. Или его видят не все?
Мне вспомнилась странность, на которую я обратила внимание, но успела забыть. Когда мы только подошли к разлому, храмовник смотрел на него как-то не так. И руками шарил, словно слепой. А потом ухватил мою ладонь и уверенно шагнул вслед за мной в затхлую черноту.