Данте стоял с закрытыми глазами и улыбался. Минидраконы поднимались в воздух один за гругим, и каждый из них задевал крылом раскрытую ладонь доринга, будто благодаря его за спасение. Только Кимми не улетела никуда, продолжая сидеть в траве и внимательно следить за нами. Данте покачнулся и повалился назад, а я едва успела его подхватить. Сама опустилась на траву и устроила его голову у себя на коленях. По лицу Данте стекали капли воды, а глаза были воспаленными, красными. Мужчина тяжело дышал, а сердце его бешено колотилось.
- Амари, все получилось, - прошептал он. - Я словно был кем-то другим... Настоящим, сильным магом...
- Давайте, светлейший, пойдемте домой.
Я помогла ему встать, и мы поковыляли в деревню. Данте был очень слаб, и я чувствовала, что сейчас неприятные последствия исцеления неминуемы. Войдя в дом, завела мужчину в свою комнату и уложила на кровать, не обращая внимания на вопросы хозяев. Села рядом с дорингом, взяла его за руку
- Амари, я справлюсь, - прошептал он. - Ты... Не хочу, что б ты видела меня таким...
- Все хорошо, светлейший, я рядом, - ответила упрямо, обнимая его крепко-крепко.
Судороги начались через секунду. Данте дрожал, стонал от боли. Он обнимал меня в ответ, будто цепляясь за последнюю надежду, будто ища поддержки, отбросив лишнюю гордость. Он не хотел показаться слабым в моих глазах, но принимал помощь, а я искренне хотела облегчить его боль.
- Спасибо... - шептал Данте, постепенно успокаиваясь. - Спасибо тебе...Как хорошо, что ты есть...
Кажется, я задремала, а когда очнулась, обнаружила, что Данте сидит рядом и смотрит на меня, гладя по волосам. Поймав мой взгляд, мужчина отдернул руку.
- Как вы, светлейший?
- Как новенький, - ответил доринг и улыбнулся обычной задорной улыбкой. - Только глаза болят...
Данте взял дорожную сумку, порылся в ней и небольшую баночку.
- Заживляющая мазь, - пояснил он. - Лучше сейчас не тратить магию...
- Я помогу, позвольте, - сказала, поддавшись непонятному порыву.
Взяла у него из рук баночку и открыла. В нос ударил приятный запах трав. Подхватив мазь кончиком пальца, осторожно прикоснулась к воспаленной коже мужчины. Доринг не сводил с меня глаз, а я была так близко, что чувствовала его дыхание.
- Откуда у тебя чешуя дракона, Амари?
- У меня есть кое-какие вещи, оставшийся из прошлой жизни, которую я не помню. Так, безделушки всякие... Я даже не подозревала, что это какой-то магический артефакт.
- А что еще в этой шкатулке?
- Не спрашивайте, светлейший! Мне... тяжело говорить об этом.
Я отвернулась, но Данте перехватил мои руки.
- Ты сама лучшая помощница, Амари, - сказал он, прикоснулся губами к моей щеке и быстро вышел из комнаты.
Минидраконы поправились, и у Шейна осталась лишь одна проблема - отношения с женой. Но, к сожалению, для любви у целителей магического ритуала не существовало, так что мужчина должен был разобраться во всем самостоятельно. А нам с Данте пора было возвращаться в столицу. Кимми прилетела провожать меня. Я обняла дракошу, поцеловала ее и еще раз поблагодарила за помощь, ведь, уверена, она все-все понимала. Долина золотых светлячков осталась позади, и я поняла, что соскучилась по дому. Соскучилась по своим деткам, по Эбби, по нянечке Розе... Но в то же время понимала, что с Данте готова отправиться куда угодно.
Думая обо всем этом, в приют я возвратилась в противоречивых чувствах. Вроде бы радостно с одной стороны, но в то же время чего-то не хватает. Когда я была рядом с дорингом, все остальное в моей жизни будто отходило на второй план, а все мои горести казались не такими уж и серьезными. Я словно попадала в другой мир, интересный и волшебный.
Данте приходил каждый день по вечерам и приглашал меня погулять. Встречи с ним становились едва ли не смыслом моей жизни, что меня очень пугало. Эбби обижалась, что я никуда не хожу с ней, но теперь мне все это стало просто совсем неинтересно. К чему какие-то знакомства с молодыми людьми, когда перед глазами доринг. Все остальные меркли на его фоне. Подруга ругала меня за бесполезную привязанность, предостерегала от чувств, которые вряд ли станут взаимными. Да я и сама осознавала это, но так хотелось хоть просто помечтать, что я нравлюсь Данте.
Через неделю после нашего триумфального возращения, Данте пришел ко мне поздно. Гулять мы не пошли, лишь вышли на крыльцо поговорить. Доринг протянул мне разрисованную коробку. Я с любопытством открыла и обнаружила внутри несколько маленьких пирожных с разными фруктами и разноцветным кремом.