- Они исполнили?
Данте поднял на меня взгляд, полный горечи.
- Исполнили... Только почему-то решили изменить мою судьбу, а не Питера. Когда во мне проснулась магия, я думал, что тоже умираю. Меня буквально разрывало изнутри, выворачивало кости, меня мучили судороги... Помнишь, я говорил тебе, что магия - это тепло и легкое покалывание? Да... После нескольких лет тренировок. А стихийная, неуправляемая магия приносил телу лишь страдания. Никаких ритуалов, понятное дело я не знал, но чувствовал, что надо делать. Просто излил на брата целительную энергию, забирая его болезнь, впитывая в себя... Но от этого не наступило облегчения, а стало еще хуже. Откат оказался таким сильным, что хотелось умереть. Видишь ли, если человек рождается со способностями, это естественно, и процесс протекает намного легче, проще. На меня же обрушилось все и сразу. Отцу пришлось вести меня в столицу, в ковен, чтобы меня научили контролировать магию, иначе я бы просто погиб. Таким меня и увидел Шерман... жалким заморышем, трясущимся от боли...
- Мне очень жаль вас, - прошептала, чувствуя, как по щеке скатилась слезинка.
Внутри словно лед растаял, выпуская наружу эмоции.
- Каждый раз эта боль, Амари! Ты ведь видела, что бывает со мной! Это считается нормальным для дорингов, но у меня все намного хуже! Я не хотел этого, не просил... Не просил такой судьбы, этой проклятой магии!
- Вы спасли брата от смерти...
- А моя жизнь разрушилась!
Данте закрыл лицо ладонями, тяжело дыша.
- Вы хотите избавиться от способностей? - тихо спросила я.
- Очень хочу...
- Но ведь вы делаете столько хорошего, помогаете людям. Это ведь самое лучшее - видеть счастливые глаза те, кого спас. Я знаю об этом не понаслышке.
- Это не моя судьба...
- Значит, ради этого все?
Данте повернулся ко мне, взял за руки, с жаром посмотрел в глаза:
- Амари, то, что я сказал... Я был не в себе, пойми! Я бы никогда не посмел сделать тебе больно, использовать для чего-то. Ты ведь самое светлое, что есть для меня в этой жизни, самое дорогое!
- Вы могли бы просто попросить, - прошептала я. - Просто попросить, и я бы все сделала, ведь вы для меня... вы...
Я не договорила, едва не захлебнувшись от нахлынувших чувств. Нет, не буду говорить, не заслужил он моих откровений!
- После всего, что случилось тогда, я решил больше не доверять ни людям, ни богам. Ни от кого я не получил помощи тогда, лишь обрел настоящее проклятье!
- Вы спасли брата, - упрямо повторила я. - Мне, значит, вы тоже решили не доверять?
- Прости меня, прости... - тихо повторял мужчина, судорожно гладя мои руки.
Огромным усилием я заставила себя оторваться от него. Я встала, обхватила себя руками, стараясь сохранить хоть частицу его тепла.
- Мне очень жаль, светлейший, что вы так страдаете, - произнесла я, дернула цепочку, разрывая крошечные звенья, не обращая внимания на боль.
Протянула серебряного паучка Данте. Мужчина бездумно смотрел на него, словно не решаясь взять.
- Я не могу так, Амари, - сказал он, тоже вставая. - Поверь, я не играл никогда. Ты мне нужна, очень нужна... Я... люблю тебя!
Вздрогнула, услышав неожиданное признание, но сейчас оно совсем меня не радовало.
- Ни к чему больше затруднять себя, светлейший, вы и так получите, что хотите, - медленно произнесла, глядя в его голубые глаза.
Данте обхватил мое лицо ладонями и прошептал:
- Я люблю тебя, слышишь? Безумно люблю!
Я оттолкнула его и вновь протянула кулон. Доринг лишь покачал головой, делая шаг назад. Да прекратил он меня мучить, наконец! Я бросила серебряного паучка ему под ноги и сказала:
- В моей жизни нет места любви и счастью, права была мойра. Вы можете изменить свою судьбу, а я нет. Прощайте, светлейший...
Я развернулась и пошла прочь, все надеясь, что Данте бросится за мной, будет умолять, твердить о любви, но он так и остался стоять на месте, смотря мне вслед.
Дар Амари
Слез не было. Лишь странное чувство, будто внутри все покрылось коркой льда. Я так долго жила какой-то волшебной жизнью, что столкновение с реальностью оказалось слишком болезненным, но слез все же не было... Лишь недоумение. Мойра ведь сказала, что ее дары помогут мне, сделают счастливее, а выходит, все наоборот?
Во мне будто боролись две сущности. Одна, влюбленная, твердила, что этого не может быть... Страж обманул меня, зачаровал, заставил поверить, что счастье невозможно. Данте ведь был рядом... Я видела его глаза, он не мог обманывать! Однако разумная часть говорила совсем другое. Все эти поцелуи, ласковые слова... Все это безумие началось, как только он узнал о кулоне. Я ведь так доверяла ему, рассказала обо всем, что храню в душе, а он не захотел со мной делиться. Видимо, посчитал меня недостойной знать его тайну.