Девушка протянула руку и подняла с травы закупоренный кувшин с вином, который чудом не разбился при падении. Яромар принял сосуд из её рук и разлил вино по бокалам. Краем сознания он отметил, что бокала было два. Немного странно для человека, который собирался провести вечер один. Может Эона собиралась провести этот вечер с кем-то другим?
— За приятное знакомство, — томно улыбнулась эльфийка, приподнимая бокал.
— За наше знакомство, — Яромар пригубил вино.
Крепкий напиток резко ударил в голову, и окружающий его мир стал казаться ярче и красочней. Смотря на Эону, Яромар удивился, почему он раньше не заметил насколько она красива. От её непревзойдённой красоты и очарования ещё сильнее закружилась голова. Заметив его взгляд, полный желания и восхищения, Эона подалась вперёд и каснулась его губ лёгнким поцелуем. Голова закружилась ещё сильнее, и жгучее желание разлилось по телу. То ли Яромар слишком много выпил, то ли обаяние эльфийки лишило его остатков разума, но очнулся он лишь на следующее утро. В его объятьях, разметавшись во сне, спала Эона. Она была так прекрасна! А её запах цветов кружил голову от желания. Коснувшись лепестков её губ поцелуем, Яромар с восхищением столкнулся с зеленью глаз.
— Доброе утро, моя элиэна. Ты станешь моей женой?
Эльфийка счастливо рассмеялась, и её смех показался Яромару самым прекрасным звуком на всём белом свете.
— Я согласна, мой король!
Девять месяцев. Целых девять месяцев он чувствовал себя на седьмом небе от счастья. Свадьба была запланирована на день Лидвар. День, когда по приданию была создана Нумия. Именно этот день считался самым благоприятным для заключения браков. Ведь создание семьи — это создание своего нового мира.
Но этот день оказался самым ужасным днём в его жизни. До сих пор события того дня преследуют его в ночных кошмарах. Карета быстро мчит их по дороге. Эона расслабленно лежит на его плече. Её губы припухли от жарких поцелуев, а лицо раскраснелось. Из-за резкой остановки они падают на пол. Громкие крики изнутри заставили напрячься и задвинуть Эону за спину.
— Сиди здесь и никуда не высовывайся, — шепнул он, быстро поцеловав девушку в губы и выскользнув на улицу.
Два кучера бездыханно лежали на земле. Яромар почувствовал укус в шею. Схватившись за место, где сильно жгло, мужчина вытащил маленький дротик. Не успел он дойти до кареты, как силы покинули его.
Когда он очнулся и поднял тяжёлую голову, то крик ужаса вырвался из его груди. В собственной луже крови на земле лежала Эона.
Сидя на земле и прижимая к груди тело своей любимой, Яромар сотрясался в рыданиях. Когда тело Эоны начало светиться, а вместо него появились Навизэдьи, Яромар закричал во всю силу своих лёгких.
Оглушающая пустота появилась в его груди. Будто по щелчку чьих-то пальцев все его чувства исчезли. Осталось лишь безразличие.
И лишь сейчас, когда в его жизни появилась эта девчонка, он вновь почувствовал вкус жизни. И разнообразие и яркий спектр этих чувств пугал.
«Твоя жена уснула прямо на земле», — прервал его размышления голос его когиата.
«И что?» — недовольно спросил Яромар.
«Замёрзнет. Она такая маленькая и беззащитная» — когиат послал ему изображение девчонки, которая клубочком свернулась на земле.
Яромар зарычал.
«Чего ты добиваешься?» — зло спросил он.
«Ничего», — тявк в голове напоминал смешок. — «Замёрзнет же!»
Яромар встал с пола, вытер ещё кровоточащую рану и пошёл в сад. Девчонка лежала на земле. Присев перед ней на корточки, Яромар начал вглядываться в нежные черты её лица. Ленсаноэль тихонько всхлипывала и ворочалась во сне. Подхватив её на руки, чтобы не потревожить её сон, мужчина медленно пошёл в сторону дома. Взгляд упал на влажные губы, которые приоткрылись во сне. Желание. Жаркое. Обжигающее. Волной прокатилось по телу, концентрируясь в паху. Голова девушки была чуть откинута назад, открывая вид на белоснежную шею. Под тонкой, как пергамент кожей билась голубая венка. При взгляде на эту прозрачность, ему вдруг стало страшно. Насколько же она хрупкая. Как мало нужно усилий, чтобы прервать её жизнь. Страх холодом сковал всё внутри, и Яромар ближе прижал к себе Ленсаноэль. Она такая звенящая и хрупкая во сне, что стало страшно сделать неверное движение.
Яромар слегка коснулся губами венки на шее и втягивает лишающий трезвого разума запах.
Внеся девушку в её комнату, Яромар, откинув одеяло, аккуратно опустил девушку на кровать. Стянув туфли с её ног, аккуратно помассировал стопы. Девушка пошевелила пальчиками, которые устали от туфель, и Яромар тихо рассмеялся. Теплота разлилась в его груди. Яромар накрыл Ленсаноэль одеялом. Взгляд вновь застыл на губах. Мужчина начал уже склоняться, чтобы коснуться розовой плоти. Расстояние стремительно сокращалось, и губы уже покалывало от нетерпения. Но громкий лай на улице заставил его вздрогнуть и скинуть наваждение.
Яромар провёл рукой по лицу и тихо вышел из комнаты. Этот день принёс ему слишком много новых эмоций.
Глава 11
Пробуждение было странным. Что-то сильно тянуло кожу головы, больно оттягивая волосы. Недовольно фыркнув, Лена открыла глаза и попыталась встать, но что-то помешало ей, крепко держа волосы. Девушка подняла руку и попыталась спихнуть мешающий предмет. Пальцы наткнулись на что-то мягкое, тёплое и размеренно дышащее. Лена потянула тельце в бок, освобождая свои волосы. Девушка облегчённо выдохнула, когда смогла свободно поднять голову. На соседней подушке спал маленький щенок. С прозрачными крылышками. Казалось, что тело размером с ладошку кто-то обрызгал кистью из разноцветной палитры. Лена насчитала десять различных цветов. Щенок, если его можно было так назвать, зевнул и, потянувшись всем тельцем, распахнул крылышки, которые блеснули всеми цветами радуги в утреннем свете.
Малыш открыл глазки. Умный взор устремился на Лену. Голубые, как у девушки глаза, поймали взгляд Ленсаноэль.
«Хозяйка! Я родилась!»
Лена в шоке открыла рот и стала вертеть головой, в поиске источника голоса.
«Это я! Твоя когиат!»
В обалдении девушка уставилась на щеночка, который вилял хвостиком и подпрыгивал на мягкой постели. Его лапки тонули в мягкой ткани, и он заваливался на бок.
«Мы с тобой теперь навсегда вместе! Я твоя защитница! Когиат защитит свою хозяйку! Свою драконицу!»
— Кого? — спросила Лена вслух. — Я обычный человек.
«Ошибаешься, хозяйка! Ты красивый, белый дракон! Самый красивый!»
— Ты откуда знаешь, если родилась только? — с подозрением спросила Лена.
«Твоя драконица мне себя показала. Я вижу её в твоём сознании».
— Здорово! Кто-то знает моё сознание лучше, чем я сама, — девушка нервно рассмеялась. — И что теперь? Когда я обернусь?
«Когиат не знает».
— Ладно, — Лена задумчиво постучала пальчиками по подбородку. — А звать тебя мне как?
«Хозяйка должна имя выбрать!» — крылатый пёсик стал вылизывать лицо девушки.
— Радуга, — смеясь и отворачиваясь от влажных прикосновений, сказала Лена.
«Красивое имя. А что оно значит?» — маленькая мордочка когиата ткнулась в протянутую ладонь.
— Как это? Ты не знаешь, что такое радуга? — протянутая рука упала на постель.
Девушка попыталась представить в голове радугу, какой её рисовали в учебниках.
— Ты вся цветная. Почти как радуга, — пояснила Лена.
«Цвет шкуры когиата зависит от характера хозяина. Это в неком роде отражение его души и настроения».
— Но у Яромара пёс был чёрным. И крыльев у него не было. Вернее, когиат, — поправила себя девушка.
«В зависимости от силы магии хозяина, мы умеем скрывать его эмоции. А когда я подрасту, мои крылышки при желании будут прятаться».
— То есть когиат Яромара чёрный не из-за настроения моего мужа, а из-за его желания? Это не отражение его эмоций?
«Твой муж очень сильный маг. И дракон. И когиат у него тоже сильный».
— А какого цвета его дракон?
«Золотой, как и у всей королевской семьи».