Утром Софья специально встала пораньше, даже успела столкнуться и поздороваться с уходившим на работу Григорием Филипповичем. Очень хотелось отыграться за вчерашнюю шутку с побудкой, она ведь и в самом деле поверила, что на неё сейчас ледяной воды выльют. Софья как раз поставила ногу на первую ступеньку лестницы обратно на второй этаж, когда за спиной хлопнула дверь. Обернувшись, она чуть ли не нос к носу столкнулась с незнакомым парнем, впрочем, очень похожим на Марину.
– Здравствуй…те.
– Здравствуйте, – также растерянно ответил парень.
Ничего больше сказать не успел. По лестнице слетела Марина и его обняла.
– Ромка, приехал! А папа говорил, что ты только завтра будешь.
– Ну… раньше отпустили. А я-то думаю, чья это машина стоит во дворе?
– Ещё один. Служебная, служебная она. Не повторяй за нашей тёткой Марфой. Случайно получилось, я как водитель понадобилась. Знакомься, это моя подруга, Софья, составила мне компанию.
– А по отчеству как? – тут же спросил Рома.
– Андреевна, – машинально ответила Софья. Дальше сообразила, что её сейчас попытаются разыграть, про характер младшего брата уже была наслышана. Марина вмешаться не успела, Софья сама решила атаковать первой. – Но учтите, Роман Григорьевич, что времена сейчас изменились. Это раньше надо было дракона убить. А сейчас достаточно по имени-отчеству обратиться, поцеловать разок, а потом как честный человек вы обязаны жениться, – и повернулась, подставляя щёку для поцелуя.
– Наш человек, – засмеялся Роман. – Ладно, шутки давайте в сторону. Сейчас схожу переоденусь, а потом рассказывайте, какими судьбами. Баню, кстати, папа вам делал уже?
– Когда? Мы позавчера к ночи только приехали.
– Ну и отлично, как раз и вы с дороги, и я, так что сегодня растапливаем.
Роман ушёл к себе в комнату переодеваться, а Софья осталась стоять и пыталась сообразить: хорошо всё вышло или плохо? То есть то, что её признали своей, было приятно, но обратная сторона – пока она тут гостит, жизнь обещает оказаться довольно весёлой.
Глава 11
Стоя и глядя из окна своего кабинета на улицу, Андрей Викторович думал, как всё в последнее время вокруг происходит какими-то резкими зигзагами. Что оглашение завещания, что внезапный отъезд дочери, что ощущение вернувшихся девяностых, когда приходилось вести бизнес с оглядкой на безопасность близких. И даже погода словно решила тоже поучаствовать. Всё начало ноября скакала вокруг нулевой отметки, ночью в минус, днём в плюс, если снег выпал – то к утру растаял, а в день, когда дочь с Мариной пришлось отправлять в Калачинск, вообще дождь шёл совершенно осенний. Зато на следующее же утро похолодало, дальше посыпал снег, и буквально за три дня температура упала до минус двадцати и ниже. Зима как-то резко без переходов пришла в город и осталась. Снега, правда, больше не сыпало, если крыши белели, то асфальт дворники уже давно вычистили до черноты. Люди всё равно шли под окном хмурые. Тротуар, может, был и не скользкий, зато Иртыш не успел встать. Из-за влажности стоило высунуть нос на улицу, как мгновенно коченели руки и обмерзало лицо. Просто смотреть на прохожих было уже зябко, поэтому Андрей Викторович отвернулся от окна и вернулся за стол к рабочим бумагам.
Взяв очередной документ, Андрей Викторович почти сразу положил его обратно, как-то не получалось работать, стоило вспомнить про отъезд Софьи. До сих пор в дрожь бросало от того, насколько тогда неделю назад всё висело на волоске. Как им повезло, что Марина оказалась у них дома, и Софья поехала на кладбище. Охране из «Грифона» отвели глаза – а Медянский достаточно давно имел дело с ведунами и уже достаточно в их делах разбирался, чтобы понять: заворожить разом двоих профессионалов может лишь очень сильный ведьмак. Вдобавок непонятно зачем, не найдя Софью, чужак отыгрался, разворошив квартиру. Если это был намёк или послание, то смысл остался неясным.
Последнее время успокоиться лучше всего помогали фотографии, которые на почту ему присылала дочка из Калачинска. Как они гуляют, как делают уроки или готовят вместе на кухне. Помогли фотографии и сейчас, заодно мелькнула мысль, что с Мариной повезло и в этом. Судя по фотографиям, под её руководством дочка окончательно отошла от самоубийства Валерии и цирка на оглашении завещания, и вообще начала оживать. Одновременно кольнула совесть: прав оказался Дмитрий, даже слишком прав. Надо было, чтобы жизнь тряхнула – только тогда на дочь обратил внимание, и повезло, что случилось это не слишком поздно. И сразу, пока не забыл, Андрей Викторович сделал себе пометку придумать, как Марину отблагодарить. Причём сделать надо так, чтобы она не обиделась и не восприняла благодарность, словно ей оплатили наёмную работу.