… В одну теплую февральскую ночь они с Кэтрин пришли домой позже обычного – засиделись в ресторане. Девушка скорее побежала в душ, чтобы улечься спать хотя бы до половины первого, ведь ей, в отличие от Аркаши, вставать приходилось всегда в одно и то же время, а не когда ей заблагорассудится. Аркадий прилег на край разобранной кровати и схватил книгу, оставленную им накануне. Пока Кэтрин искупается, пройдет целая вечность, так что можно расслабиться и почитать в свое удовольствие. Так думал он, но усталость взяла свое – через несколько минут он уже провалился в глубокий сон. Именно этой ночью его картинки преобразовались в единое целое.
Глава 4
Таинственные образы
Ночь темна. Ночь страшна. Она рождает то, чего день породить не в состоянии. И все-таки иногда, она помогает.
Я иду по темным улицам своего родного города. Мимо домов соседей, мимо их огородов и садиков, мимо своего собственного дома. Я мог бы зайти внутрь и просто лечь спать, но я иду дальше. Мне нужно добраться до окраины этой чертовы дыры. Ведь именно там живет сие исчадие ада. Оно забрало у меня Ривекку. Мелкие камешки хрустят под ногами. Вот я вышел на ту самую дорогу, ведущую к его дому. Но что-то вдруг идет не так. Ноги подкашиваются, и я падаю на землю. Грязь на лице и ладонях… Сажусь на корточки и начинаю рыдать. Ах если бы я пришел немного раньше, возможно она была бы жива, но… Даже если бы она и выжила, как можно после этого радоваться самой жизни? Солнцу? Небу? Звездам? Возможно, для нее самой лучше то, что она погибла. Размазываю слезы по грязному лицу и стараюсь унять дрожь. Спустя вечность у меня это выходит. Набравшись сил, поднимаюсь и с новой силой толкаю себя на то, к чему готовился весь день. Вот и его дом, но его в нем нет, это я знаю абсолютно точно. Иду дальше по той тропинке, где встречу его наверняка… Нужно просто найти место, чтобы спрятаться. Я буду ждать его. Столько, сколько это будет нужно. Нахожу толстое дерево у дороги и сажусь за ним. Секунды тянутся, липнув друг к другу, но я, как сторожевой пес, жду. Сна нет ни в одном глазу, а ведь я не спал уже больше суток. Сердце бешено колотится. Оно желает выпрыгнуть наружу, ведь в моей груди ему некомфортно. Вся моя сущность наполнена лишь жаждой мести и ни в одном кусочке моей души и тела нет места чему-то еще. Вот он идет… худой, неприятный силует, голова наклонена вниз, видно о чем-то глубоко задумался…В темноте лица не видно, но я знаю что это он. Просто знаю. Когда он проходит мимо моего дерева, резко по-кошачьи выпрыгиваю из своего укрытия и бью заразу по голове. Вот и все… его бесчувственное тело в моей власти. Бесчувственное, но не бездыханное. О нет! Я не позволю ему умереть так скоро, так легко… Теперь мне осталось только отнести его в то самое место, где испустила дух Ривекка. Это недалеко…всего в трех тысячах шагах. Мне будет несложно дойти, даже с таким грузом на плечах. Главное, чтобы никто не увидел…ночь поможет скрыть мой самосуд, а луна осветит мне дорогу…
– Жители нашего города очень любят тебя, – шепчу я своей ноше. – Но они совсем не знают тебя и, конечно же, совершенно не поверят мне. – я засмеялся, – но мне это и не нужно, слышишь ты?! – зарычал я и со всей силы кинул тело на землю. Несколько раз пнув его в живот, я успокоился. К моему счастью, этот ублюдок, не пришел в сознание.
И мы продолжили наш путь.
Пещера встретила меня сырой прохладой. Это было именно то, в чем я сейчас нуждался. Пот на моем теле был горяч и обжигающ, как капельки раскаленного масла, но здесь, он превратился в ледяную росу. Я свалил ношу и приготовил веревки, те самые, что связывали руки Ривекки, когда она находилась тут. Осталось дело за малым. Я полностью раздел своего пленника и привязал его конечности веревками к камням. Потуже затянув петли, я проверил их на прочность. Из таких пут не выберется и здоровый сильный мужик, что уж говорить об этом хлюпике. Что ж… Зачерпываю ртом воду из небольшого озерца, находящегося внутри пещеры, часть глотаю, а часть выпрыскиваю на лицо распятого. К моему удовольствию, он практически сразу же приходит в себя.