– Здравствуй, Алина. У нас тут с Амиром Булатовичем возникли разногласия. Он хочет поприсутствовать.
– Но-о… – девушка растерянно уставилась на меня и заметно напряглась.
– Если ты против, если стесняешься или есть чем поделиться наедине, чтобы никто не слышал, то так и ответь, и вообще не обязана этого делать, – вмешалась Дария Каримовна.
Сейчас насоветует, я же не предлагаю обнажаться передо мной.
– Осмотр будет проводиться за ширмой, я ничего не увижу, – сразу пояснил.
И вспомнил о том, как вчера Алина сидела с сыном на руках, в распахнутом сверху платье, с одного края оно было приспущено с плеча, а грудь маняще-призывно торчала острыми холмиками – она у неё небольшая, красивой формы, и, наверное, очень уютно помещается в ладонях. Всё успел разглядеть, более того – мысленно представил, как прикасаюсь к упругим соскам, нежной коже…
Хотел бы я потрогать её не только в своих фантазиях? – даже отрицать не буду, и такая возможность скоро появится, причём на законных основаниях. Что я там говорил: не надо быть мне настоящей женой? Серьёзно? Я это сказал? А с чего вдруг должен отказываться от молодой и привлекательной женщины? – которая, ко всему прочему, может родить детей, стать матерью моих детей! Тем более в будущем я планировал снова жениться, раз Мадина бесплодна.
– Хорошо, я согласна, – девушка обречённо вздохнула, словно прочитала мои мысли, и, опустив голову, поспешила отвернуться.
Раньше, когда брат был жив, я не смотрел на неё дольше чем позволяют нормы приличий, а теперь… Теперь будет по-другому. Если я имею право, точнее буду его иметь, то почему не могу воспользоваться ситуацией? – могу, ещё как могу.
Идея показалась настолько заманчивой, что я, задумавшись, не с первого раза обратил внимание на стук в дверь.
Это ширму принесли.
Её поставили возле кровати, ближе к окну, загораживая обзор, но кое-что всё-таки было видно – завеса не слишком плотная, а яркий солнечный свет очертил силуэты женщин – и получился эффект как в театре теней.
Расположившись в кресле напротив, я приготовился слушать. Смотреть тоже.
– Раздевайся, – скомандовала Дария Каримовна.
– Полностью? – переспросила Алина.
– Да. Сначала молочные железы проверю, а потом живот прощупаю через влагалище. Если есть и будут жалобы – не молчи. В целом, как себя чувствуешь? Ты сильно похудела.
Пока она говорила, девушка успела раздеться.
– Я в порядке, меня ничего не беспокоит, – Алина убрала руки за голову, и таким образом выставила грудь вперёд.
А вот тут начинается самое интересное.
_____________
Образы героев:
Глава 4
Алина
– Тебе не больно? – аккуратно ощупывая пальцами, Дария Каримовна внимательно осмотрела мою грудь. – А так? – снова надавила.
– Нет, – скорее напрягает другое, что там, за ширмой, находится Амир, и пусть он ничего не видит, хотя всё равно слышит, а его присутствие в данных обстоятельствах унизительно для меня. Но я не хотела ему перечить, иначе опять не подпустит к сыну. Поэтому и согласилась, или, наверное, лучше сказать – подчинилась, раз выбора не осталось. Ради моего мальчика я готова смириться, лишь бы не расставаться с ним.
– Грудь мягкая, уплотнений я не чувствую. Сейчас потерпи, – она сжала мои соски, а я скривилась от неприятных ощущений, – небольшие выделения ещё есть. Давно перестала кормить?
– Примерно месяц, – ответила ей. Все интимные подробности ждут впереди, которые будет знать и Амир.
– В принципе это не опасно, выделения после грудного вскармливания считаются нормой даже в течение продолжительного времени, и в общем-то в лечении как таковом нет необходимости. Хотя можно пропить препарат для полного прекращения лактации. В достаточном для ребёнка количестве организм уже не будет вырабатывать молоко. И сыну больше не давай сосать грудь просто так, отучай его, для этого существуют пустышки.