Он не злился на Жанну за то, что она так ушла… Не смел злиться, потому что считал себя виноватым в её состоянии.
В тот день ему было чертовски тяжело и от самобичевания спасли лишь слова отца.
В кабинете отца Дамир устало развалился в кресле и вертел в руках бокал с коньяком.
Его пожирали сожаления и чувство вины.
- Я облажался, отец, - произнёс он. Наткнувшись на озадаченный взгляд родителя, Дамир пояснил: - Я же видел, что ей плохо. Надо было сразу, как только заметил, что-нибудь предпринять, а не доводить до такого… - он досадливо скривился и залпом осушил бокал. - Сейчас бы, может, всё было по-другому. Поговорили бы все вместе, Артёму было бы легче. А я решил подождать! Думал, она успокоится, потом съездим на отдых все вместе, и глядишь, всё наладится.
- Не наладилось бы, сын.
- Ну и расстались бы! – Дамир поставил бокал на стол и откинулся на спинку кресла. - Только не так.
- Дамир, что сделано, то сделано, - сдержанно произнёс отец. - Не кори себя. Сейчас это бессмысленно... А впрочем, ладно, поругай себя ещё сегодня, но завтра ты эту дурь из башки выкинь и чтобы я этого нытья не слышал! - строго и жёстко велел он. - И тем более Артём.
- Не услышит, - усмехнувшись, пообещал Дамир. – Спасибо, пап.
- С Жанной всё будет хорошо?
- Да, я отправил ребят приглядеть за ней. Она уехала к сестре.
- Хорошо.
- Может, Тёмке детского психолога найти? – задумчиво проговорил Дамир, глядя в потолок.
- Может и найдём. Давай для начала посмотрим, как он будет себя вести. Впереди ведь ещё встреча с матерью, возможно, ему станет лучше после неё, а нет, будем решать этот вопрос. Ладно, пойду я спать, и ты не засиживайся, - поднимаясь из-за стола, проговорил отец. - Спокойной ночи.