Утром ему было дико стыдно. Перед всеми, но особенно перед отцом за устроенный беспорядок в кабинете.
Морщась от головной боли, Дамир сказал:
- Пап, извини за бардак.
- Какой бардак? – удивился отец.
- В кабинете, - тоже удивился он, - ты не заметил?
- Там всё в порядке. Разве что бутылок не досчитался, но мне кажется, я знаю, куда они делись, - съехидничал отец, лукаво посмотрев на него.
- Но там же бардак… - озадаченно произнёс Дамир. Ему приснилось, что ли?
- Там полный порядок. Можешь сам проверить, - папа поднялся из-за стола и ушёл из кухни.
- Тебе он приснился, - заверила его Дашка. – Эх, допился до глюков, братец! – вскочив со своего места, она сочувствующе похлопала его по плечу и ускакала на работу.
Вот же коза мелкая!
Но он точно помнит, что устроил небольшой погром в кабинете! Возможно, мама убрала? Нет, она же ещё спит.
Взгляд Дамира задержался на Амине. Девушка никакого участия в разговоре не приняла, невозмутимо готовя салат.
Воспоминания о прошедшей ночи возникли у него перед глазами.
Неужели это она сделала уборку? Выходит, что да, кроме неё некому. И главное молчит! Продолжает как ни в чём не бывало готовить и молчит!
На его губах невольно появилась улыбка. Значит, Амина сделала всё по-тихому и никому ничего не сказала. Как всегда! Такая вся правильная, хорошая, заботливая… милая.
Раньше Дамира это бесило, потому что он никак не мог поверить в её искренность, но сейчас привычное раздражение сменилось восхищением. В его груди теплом разливалась нежность, и где-то в глубине души зарождалось желание оберегать девушку.
Неотрывно смотря на неё, он боялся моргнуть и ловил каждое её движение. А она изящно порхала по кухне и то ловко и быстро резала овощи, то вытирала руки махровым полотенцем, то вставала на носочки, чтобы достать посуду из шкафа, то убирала непослушные пряди за уши и иногда чему-то улыбалась…
Неожиданно Амина повернулась к нему, одарив его своим тёплым и выразительным взглядом.
- Дамир, тебе налить ещё чаю? – спросила она с обаятельной улыбкой.
Чай?.. Какой ещё чай? Что-то он подвис…
Дамир мотнул головой, молча встал из-за стола и ушёл.
Ему надо проветрить мозги, а то он до сих пор не протрезвел. И что на него нашло? Сумасшествие какое-то! Не стоит воспринимать всерьёз эти мысли и чувства.
С того самого утра… Нет, с той самой ночи его чувства начали меняться в неподходящую сторону. Сначала он не придавал им особого значения, но всё равно старался держаться от Амины подальше. Плохо старался…
Он постоянно искал девушку взглядом, непроизвольно прислушивался к её болтовне, с улыбкой и удовольствием наблюдал за ней, когда она играла с Артёмом, смотрел, как они смеются, гуляют, веселятся и не мог глаз отвести.
Дамир не обрадовался, заметив, что его интерес к Амине странно и сильно возрос. Эти внезапно возникшие чувства были ему не нужны. Они мешали и напрягали. Первое время он думал, что это обычное влечение к красивой девушке и чтобы избавиться от него нужно всего лишь переключиться на кого-нибудь другого…
Дамир отдыхал в своём баре вместе с друзьями и с коллегой по работе – Ульяной. Эффектное красное платье рыжеволосой женщины обтягивало её изящную фигуру, подчёркивая соблазнительные формы и привлекая взгляды мужчин.
Именно с ней он хотел забыться в эту ночь. Она уже давно оказывала ему знаки внимания, но он игнорировал их, так как был женат, зато сейчас Дамиру ничто не мешало ответить ей взаимностью.
Распрощавшись с его шумной компанией, они вдвоём поехали к ней. И поначалу всё шло прекрасно: поцелуи, откровенные прикосновения, ласки и взаимное желание…
Целуясь, они завалились в её квартиру и захлопнули дверь. Его руки заскользили по её спине, опускаясь ниже и сминая ткань платья. Она постанывала, прижимаясь к нему всем телом и пытаясь снять с него рубашку.
В какой-то момент, он поймал себя на мысли, что совершенно не хочет её и что поцелуи не приносят даже малейшего удовольствия.
«Если бы это была она», - приходит в его голову шальная мысль, и он представляет в своих руках Амину.
От этой смелой фантазии у него потяжелело дыхание, по венам побежал огонь и вырвался рык. Возбуждение накрыло с головой, лишая способности адекватно соображать. Главное не открывать глаза…
«Чёрт тебя дери! Извращение какое-то», - с отвращением к самому себе подумал Дамир, открывая глаза и отстраняясь от женщины.
- Уль, извини, - прошептал он и отпустил её, - не сегодня.
От него не укрылось разочарование, промелькнувшее в её глазах, но идти на попятную Дамир не собирался. Ему надо срочно всё обдумать иначе он свихнётся.
- Да ничего, - натянуто улыбнулась она. - Я всё понимаю, ты совсем недавно развёлся... – неловко произнесла Ульяна, отступая от него. – Может, чаю?
- Нет, я поеду.
Он вышел из её квартиры и, решив не пользоваться лифтом, направился к лестнице.
Забравшись в свою машину, Дамир захлопнул дверцу, откинулся на спинку сидения и прикрыл глаза. Сердце колотилось в ушах, а мысли лихорадочно метались в голове.
Словно наяву он услышал слова отца: «Да, нам с твоей мамой повезло. Она понимает мои чувства, а я её. У оборотней ведь как? Если полюбил по настоящему, то хрен ты куда денешься. И смотреть ни на кого не захочешь, всё одна будет на уме, и верен будешь только ей. Разлюбить, конечно, и оборотень может, но я в своей жизни только одного такого встречал и то он сам не уверен, настоящая ли у него была первая любовь. Так что не переживай, сын, встретишь и ты когда-нибудь ту самую».
И Дамир искренне хотел найти женщину, которую смог бы полюбить и с которой обрёл бы счастье, хотел, чтобы отношения были как у его родителей, но всё как-то не везло, а потом ему встретилась Жанна, и со временем он позабыл о том разговоре с отцом и о своей потаённой мечте.
А она не забыла, взяла и сбылась!
Он ударил ладонью по рулю.
Влюбился, чёрт возьми! Влюбился… Так влюбился, что хочет прямо сейчас к Амине примчаться, чтобы обнять, поцеловать и ощутить ответное желание!
Из его горла вырвался полустон-полурык.
Господи, почему из всех девушек именно она? Столько же их в мире, выбирай любую и влюбляйся! Так нет, ему надо было башку потерять от неё! Правильно, зачем другие? Она ж тут, рядом! Такая красивая, добрая, светлая, чудесная…
Он стиснул зубы и до боли сжал кулаки.
Больше Дамир в своих чувствах не сомневался.