Освободиться удалось часа через полтора, большая часть времени прошла в непрерывном ёрзанье вокруг дерева. Больше всего процесс напоминал выступление пьяной танцовщицы, которую шутки ради подключили к розетке. Радовало, что это хотя бы никто не видел.
Рассвет к этому времени уже взял своё. Впрочем, в темноте было даже лучше. В ней хотя бы существовала призрачная надежда найти свои вещи или то, что удалось спасти перед взрывом палатки. Свет же поставил на этом жирный крест.
Похоже, я влип по полной: один среди безлюдных гор в порванной одежде и даже без огнива. Самое время было вспомнить навыки, почерпнутые из различных книг и телепередач про выживание в дикой природе. К сожалению, единственное, что мне удалось запомнить — это то, что умирать от голода придётся долго и тоскливо.
«В прошлый мы с Ноа нашли много выброшенных вещей», — напомнил мне внутренний голос и оказался как всегда прав.
Здесь же стоял лагерь «лунных»! Может, сами они и ушли, однако любая армия оставляла за собой целые груды мусора. Учитывая моё положение, это вполне приемлемый вариант.
— Мда, хоть сейчас на показ мод. На моём фоне даже пакет будет выглядеть вершиной вкуса, — заметил я вслух, разглядывая своё отражение в луже, после того как закончил копаться в грудах мусора.
Обновка у меня вышла очень так себе. Почему-то солдаты не выбрасывали последние новинки моды и лучшее снаряжение, предпочитая проделывать это со старыми вонючими вещами. Впрочем, всё было не так плохо: мне удалось более-менее нормально одеться по погоде, а значит, замёрзнуть уже не грозило. Нашлось огниво, моток верёвки и даже сабля, кривая настолько, словно ею плашмя рубили дрова.
Вот чего в мусоре не было — это ответа на вопрос, куда мне идти.
Серпантин был завален и без альпинистского снаряжения. Даже если бы я знал, как им пользоваться, пройти там не представлялось возможным. Моей армии также не было видно, очевидно, они двинулись дальше. Искать тропу, тыкаясь наугад по окрестностям, было бессмысленно, а воспроизводить в уме карту местности, которую мне неоднократно приходилось изучать, мой мозг отказывался наотрез.
Но ведь Ресс же куда-то ушёл, значит, и путь был. С другой стороны, не стоило сомневаться, что у Кейла имелось подробное досье на каждый здешний камень.
Другим вариантом была Ноа, тоже куда-то испарившаяся со всей своей толпой. У Кейтлетт точно имелись карты местности, скорее всего, наилучшие. А ещё планы свернуть мне шею, как только я ей попадусь, но мне от неё нужно было только первое. Если выследить одного человека, особенно такого, как Кейл, который мог незамеченным подкрасться в упор, для меня было задачей мягко говоря непосильной, то найти путь, по которому шло стадо раздолбаев, казалось куда проще.
Многотысячная армия оставляла за собой весьма заметный шельф из мусора и разрушений. Мне нужно было лишь идти по нему и надеяться, что произошедшее в лагере настолько разозлило Ноа, что она без раздумий кинулась в погоню за «солнечными» обходным путём, а не куда-то там ещё.
От серпантина армия «лунных» повернула обратно на юг, но вопреки моим ожиданиям, вернулась не на дорогу, а свернула где-то на полпути до неё. Здесь находился перевал, на всех картах прозванный «Коварным», что абсолютно не соответствовало действительности.
Коварство обозначало наличие какого-то скрытого, зачастую злого умысла. Это же место нисколько не пыталось скрыть свою суть. Тонкая дорожка, на которой и трое в ряд бы не разминулись, петляющая вокруг глубокого ущелья, двоящаяся и троящаяся почти каждые сто метров, без укрытий от стихии и какой-либо растительности. Пожалуй, через игольное ушко было проще провести армию, чем здесь.
Выбирая маршрут для армии, я в своё время на это место даже не обратил внимания. Переходить здесь было бы пустой тратой сил и припасов. Впрочем, учитывая, что даже при движении по куда более безопасным маршрутам мы постоянно несли потери, они могли уже и не пригодиться. Тебе не понадобится есть, если ты свалишься с обрыва!
Но, видимо, для Ноа догнать мою армию теперь было куда приоритетнее, чем оставить свои силы в целости и сохранности. Не самое разумное решение с её стороны, но кто я такой, чтобы осуждать противника за его ошибки?
Поначалу мне не очень хотелось повторять её ошибку. Зачем выбирать трудный путь, если южнее имелась весьма удобная для перемещения дорога? Первый же встреченный патруль, даже не на дороге, а в её дальних окрестностях, переубедил меня в этом. «Лунные», дураки такие, не только не оставили важную для перемещения людей и грузов магистраль, но ещё и перемещали по ней этих самых людей и грузы. Подлые подлецы!