— Мне можете не рассказывать, только что…
— Что? — удивлённо переспросил Ресс.
— Ну, как минимум поговорил двумя версиями себя самого, — рассказал я.
— И как?
— Это помогло мне кое-что понять: отсюда надо сваливать как можно быстрее.
— И почему вы не ушли? — мрачно, словно подозревая подвох, спросил Кейл.
Мне не оставалось ничего, кроме как ехидно поинтересоваться:
— И бросить вас здесь?
— Я заслужил это, — сказал Ресс мрачно.
— Нет. Не знаю, что тогда случилось, не одобряю лжи Лою, злых планов, но оставаться здесь в этом тумане, который бы питался вашим страхом и отчаянием, вы не заслужили. Никто не заслужил.
— Я бы не стал так сделать. Спасать вас в смысле.
Слышать такое было обидно, но особого удивления такие слова у меня не вызвали. Моё желание вытащить отсюда Кейла было вызвано совсем не надеждой на признательность.
По мере исчезновения страха туман Могильника редел, позволяя взглянуть на окрестности. Вокруг и вправду оказалось старое кладбище. Удивительно только, как мы столько блуждали здесь и умудрились не наткнуться ни на одну из могил.
— Значит, мне повезло не оказываться в ситуации, когда меня нужно было бы спасать, — проговорил я, думая совсем о другом. — Идёмте уже, пока туман опять не загустел.
Мы побрели куда-то, как мне хотелось надеяться, в сторону выхода из этого проклятого места. Кейл шёл, погрузившись в свои мысли, наверняка пытаясь понять причину, по которой его спасли. Мне это позволяло безнаказанно поглядывать на него, размышляя над тем, правильно ли я поступил.
Передо мной стояла извечная моральная дилемма, на которую мне хотелось бы найти ответ. Стоит ли спасения десятков тысяч, может быть, миллионов, одна, пока невинная жизнь?
Чужие планы
Покидая Могильник, я и Кейл Ресс погрузились каждый в свои мысли. Мой попутчик наверняка размышлял над тем, зачем его спасли от опасного магического тумана. В общем и целом, мои мысли были направлены в том же направлении, только я пытался не понять причину, а найти себе оправдание.
Мне «повезло» оказаться в положении путешественника во времени, который навис с ножом в руке над кроваткой младенца. Этот ребёнок был невинен, ведь он родился считанные дни назад. Однако много лет спустя всё изменится: Адольфа Гитлера, а именно так будет называть себя этот человек, сложно как-то оправдать.
И всё же передо мной не монстр, погубивший миллионы жизней, а всего-навсего ребёнок. За свою короткую жизнь он даже мухи ещё не успел обидеть. Да и станет ли он монстром?
Ему предстоит длинная жизнь, насыщенная на события. Кто знает, может, в этот раз всё будет иначе и своё имя в историю кроваво-красной нитью впишет кто-то иной?
Я бы, наверное, не смог нанести удар. Как не смог оставить Кейла, точно зная, что он задумал. Как не смог даже просто сбросить его со скалы, всего-навсего выбив из Игр.
Наверное, это было слабостью. Не физической, а моральной. Я не умел принимать «простые» решения, мне хотелось всегда попытаться сделать не как «просто», а как «правильно».
Кейл Ресс на данный момент не совершил ничего ужасающего. Самым плохим поступком в его истории пока оставалась ложь Лою Ноктиму касаемо сына. А значит, у меня ещё есть время попытаться предотвратить катастрофу как-то иначе. Не силой, а убеждением.
Солнце уже село, и на горы опустилась ночь, когда мы добрались до унылого, перекошенного сарая, неумело спрятавшегося среди скал.
— Это Призрачный дозор, пожалуй, самое «популярное» место для службы во всем Тофхельме, — пояснил Кейл, указывая на строение.
Причину такого отношения искать долго не нужно было: Могильник находился всего в получасе ходьбы отсюда.
— Смотрю, это место настолько популярно, что гарнизон отсюда дезертировал? — Я указал на тёмные окна строения и общее запустение вокруг.
— Наиболее вероятно, его всё же отозвали, — предположил Ресс. — Ноа провернула этот фокус со всеми силами «лунных» по ту сторону гор и, скорее всего, повторила его и по эту.
Как бы то ни было, этот Призрачный дозор нас изрядно выручил. После потери снаряжения днём при переправе вопрос ночёвки оставался мягко говоря щекотливым. Бессмертен ты или нет, спать на холодной земле приятнее не станет.
Внутри нашёлся не только комплект одежды, пускай и старой, но и другие припасы, а также какое-никакое пропитание — сухари. Ну или запас артиллерийских снарядов, тут как посмотреть.