Что-то я углубился в историю и отошёл от сути. Двадцать лет назад кто-то устроил сбой в границе, как раз когда большая часть паранормальных была среди людей. Такая своеобразная, массовая командировка. Граница в тот день заблокировалась. Мы потеряли возможность ходить через границу, оказались в ловушке, так как без людей существование паранормальных невозможно. Ведь каждый из нас – это пятьдесят процентов человека, а пятьдесят процентов той или иной силы. Со временем мы, не имея возможности общения с людьми, теряем свою человечность и от нас остаётся лишь сила. Но также надо сказать, что и люди не смогут жить без нашей силы. Поэтому в той войне мы не мстили людям и старались не вступать с ними в войну.
Пауза слегка затянулась и Таня, решив, что он закончил, спросила:
- С этим всё понятно, непонятно только при чём тут мы?
- Не спеши, я ведь ещё не всё рассказал. При том, что я вам уже говорил, что большинство паранормальных на момент закрытия границы были в части мира людей. После закрытия границы почти все они потеряли свою силу, став обычными людьми.
Но, у некоторых родились дети с этой сверхсилой. А так как граница работает теперь не только на людей, то нагрузка на неё увеличилась вдвое и действие границы со временем ослабло. И мы ищем дырки в границе, чтобы доставить детей сюда. Думаю, вы уже догадались, что вы являетесь потомками паранормальных, застрявших за границей.
- Ага, здорово! – сказала Камилла единственную фразу, которую кое-как сложил мозг в данной ситуации.
- Нет, не здорово. Это ещё не всё. Дело в том, что сила есть только у двоих из вас. Как раз сегодня мы получили информацию, что Амилия Джонс Мэтьюс не является паранормальной. Видимо, вы её просто затащили за границу. К сожалению теперь, каждый раз после перехода границы, вот эти вот прорехи затягиваются, и нам приходится искать новые лазейки. Поэтому мы не сможем пока что отправить тебя домой, в вашу часть мира.
Лия молчала. И только сейчас стало заметно, что она закрывала руку. Её кисть была неестественно вывернута, каждый палец, казалось, рос отдельно и был погнут в нескольких местах. Мика, чтобы не закричать, зажала себе рот ладонью.
- Ух ты ж, мамочки! – воскликнул Хэмэрд и, уже в коробочку на стене, похожую на домофон, крикнул, зажав одну из кнопок: - Адак, быстро Мару ко мне!
Женщина вошла незамедлительно, точно она стояла всё это время под дверью и ждала, когда её позовут.
- Ну, что тут случилось? – спросила она, безошибочно направляясь к Амилии.
Это была невысокая, стройная женщина лет тридцати. Огненно-рыжие волосы аккуратными кудрями спадали до плеч. Красивое бледное лицо покрывали едва заметные веснушки. Большущие карие глаза завораживали. Она сразу производила впечатление доброй и искренней.
- Видимо, когда они переходили границу, кто-то из девочек схватил её за руку и при рывке, когда граница отказалась пропускать человека, сжала руку с такой силой, что… ну, вы сами видите. – Пояснил Хэмэрд, пока Мара осматривала повреждённую руку.
- Вывих кисти, переломы всех пальцев, некоторые поломаны в нескольких местах. Радует то, что эта травма получена при переходе границы. Кости срастутся за пару дней.
Рыжеволосая женщина взяла Лию под руку и увела за дверь. Подруги хотели последовать за ней, но Хэмэрд остановил их, сказав, что они будут там лишними, а Лия вернётся, как только ей загипсуют руку. А пока он должен ещё кое-что уточнить и рассказать.