— Разбей камеру!
— Что?! — не понял Чамберс.
Вместо ответа — сержант выхватил из рук Чамберса фотокамеру, хватил ее о бетон. Брызнули осколки.
— Какого хрена?!
— Ты что, не понял?! Там лазерная система наведения! Мы подтвердили наличие цели, мать твою! Они сделали из нас смертников!
Расплата последовала незамедлительно — на территории аэропорта полыхнула вспышка, яркая, как фейерверк, с искрами, взлетающими в темное небо, почти сразу же — еще одна. Третья — видимо попала в заправщик и он рванул, осветив все здание аэропорта. А вот четвертая — попала прямиком в скопление машин у ангаров, и они взорвались ярким пламенем…
— Беспилотники бьют! Пошли! Только задницу мне не прострели!
— Твою мать…
Держа наизготовку автомат, сержант вскочил — и Чамберсу не оставалось ничего, кроме как последовать его примеру. Он достал из-под репортерского жилета свой Глок-17. Он считался оперативником и прошел стандартный курс подготовки британских оперативных агентов — но последний раз стрелял восемь месяцев назад — и то в воздух, чтобы отпугнуть грабителей. Ему не хотелось идти туда, где взрывы и бушующее пламя, где стреляют и могут убить, или кто-то в невадской пустыне нажмет на кнопку — и от тебя мокрое место останется. Но он понимал — что только находясь рядом с сержантом Гибсоном он может выжить — и ему прочего не оставалось, как бежать за ним — и молиться, чтобы его не убили…
Беспилотник — основное сейчас средство вооруженной борьбы в GWOT — это воплощенный кошмар. Эта машина, которая слышит, видит, летит и не имеет никакой цели, кроме как выследить и убить тебя. Беспилотник дает возможность убивать на расстоянии, максимум что ты можешь сделать, это вывести из строя машину, но не убить врага. Впрочем — даже оказавшись под ударом беспилотника — можно выжить, если знаешь как и не ударяешься в панику.
Правило номер один: затеряйся в толпе. Беспилотник не нанесет удар, если имеется большой риск побочного ущерба — то есть гибели гражданских людей. На той стороне — каждый удар должен санкционировать юрист, а он никогда не пойдет на убийство значительного количества гражданских и прикажет дожидаться другой возможности…
Гибсон видел работу беспилотников не раз и не два — и сразу просек, что к чему. Ублюдки в Баграме, которые вручили ему камеру — вручили ему лазерную систему наведения под видом камеры. Он проник на объект и навел на цель беспилотники. Подтвердил наличие цели. И теперь — его и этого придурка смазливого просто со счетов списали…
Нет, хрен вам…
Он побежал — но не к ангарам, откуда они пришли — а в сторону закрытой зоны. Именно сейчас — была уникальная возможность проникнуть туда под шумок. И понять — что за чертовщина там творится…
Еще один удар — по стоящему в закрытой зоне транспортному самолету. Дым, пламя… — волна горячего воздуха окатила их даже здесь, за сотню с лишним метров…
Беспилотники били по всему, казалось, что нет никакой селекции цели. Еще один удар, сдвоенный — и вспыхнул ангар в закрытой зоне.
Правило номер два: держись поближе к пламени. Дым, пламя — все это маскирующие факторы, американцы используют для ночного наведения терморежим — а человек рядом с пламенем неразличим. Его тепло — ничто на фоне тепла, которое выделяет горящий самолет.
Держа автомат наизготовку — сержант бежал навстречу пламени.
Еще один удар. Взрыв — где-то впереди. Он не видел — отстал Чамберс или нет. Не было времени смотреть…
Кусачки… черт, только бы успеть…
— Надо уходить!
Все таки не отстал…
— Рви проволоку, твою мать! Рви!
Кусачками и голыми руками — они проделали достаточный проход, чтобы протиснуться внутрь. Реакция сенсоров не имела значения — у охраны были проблемы и кроме них самих…
— Жди здесь! У прохода!
Жар был невыносимым — это был Ильюшин-76 Кандид и видимо заправленный. Пламя буквально рвалось к небу, у него чуть не трескалась кожа, наверное, сгорели брови — но, протиснувшись через дыру в ограждении, сержант побежал к пламени, рассчитывая спрятаться на его фоне.
Подобравшись вплотную, так что волосы потрескивали — сержант начал обходить горящий самолет, чтобы выйти на позицию для стрельбы — и наткнулся на боевиков. Они бежали, несколько человек, двое тащили кого-то — очевидно рассчитывая добраться до здания пассажирского терминала аэропорта и скрыться в нем, а потом — уйти. Про американцев можно говорить всякое — но они не осмелятся бить по пассажирскому терминалу аэропорта.