Хорошо, что в мире еще остались такие простые и искренние люди. Глядя в глаза этой, уже пожилой женщины, сразу становится понятно — она говорит именно то, что думает. Ни капельки не лукавя.
— Спасибо…
— Тебе спасибо, Женечка… Честное слово, даже не представляю, что бы случилось — если бы ты отказалась помочь. Наверняка Михась сам бы туда полез. Или Иван… Ай, — она махнула рукой. — Что в лоб, что по лбу… Обое-рябое… Умнейшие головы во всем, что касается их работы и… чистые дети в остальном. Я иной раз воспитателем в детском саде себя ощущаю…
Она явно имела еще что сказать, но махнула вторично и замолчала. И это тоже верно. Не то время и не то место.
— Я готова… Спрашивайте.
Михал Иваныч и доктор буквально подпрыгнули на стульях. И все же профессор сумел сдержаться и друга остановил.
— Нет, нет… Вопросами мы только с толку сбивать будем. Ты сама расскажи. По порядку, с самого начала… А мы, если чего не поймем или захотим подробностей, тогда и уточним.
— Хорошо…
Прихлебывая из кружки, для прояснения памяти, слово за словом, я поведала обо всем, что происходило со мною в игре, с момента попадания.
И о моих, неожиданно осиротевших, брате и сестричке, и о славном городе Конкрее с его бунтарскими традициями… И о том, как заканчиваются несанкционированные восстания. О Императорском замке, в который нет входа никому, кроме отпрысков последней правящей династии… О таинственном Черном Соборе и его адептах черной магии… О викингах, о речных пиратах… О варварах и амазонках… Сперва хотела рассказывать со всеми подробностями, но когда Таисия Степановна стала охать и хвататься за сердце уже при упоминании о первой стычке в порту — решила, самые щекотливые моменты пропустить. В конце концов — это только игра. Все уже в прошлом. Но не вспомнить недобрым словом разработчика не смогла.
— Извините за прямоту, но что за недоумок писал сценарий и работал с моделями персонажей? Вы его знаете? Очень хочется взглянуть этому сексуально озабоченному маньяку в глаза.
Михал Иваныч посмотрел на врача, а тот неуверенно кивнул.
— Видите ли, Евгения… Деньги в бюджете больницы на программиста не предусмотрены. И мы воспользовались случаем… В хирургии лежал парень, с фактурой… э-э-э… переломом… Неважно… Гипс, вытяжка… Три месяца… неподвижности. Потом — реабилитация… Вот мы и воспользовались моментом. Ему не так скучно, и научно-медицинскому центру польза.
— А, ну тогда понятно, — поморщилась я. Поскольку нечто подобное и подозревала. — Молодой парень. Полгода в койке… Вокруг медсестрички в халатиках до половины по… бедер и не на все пуговички застегнутых ходят. Спермотоксикоз… и никакого контроля за творчеством, поскольку в его теме никто фишку не рубит.
— Евгения! — возмутилась Таисия Степановна.
— А чего? — я тоже умею глазами сверкать. — Вы бы видели, что этот… что он в игре понапридумывал. Сплошное порно… Детям до двадцати одного вход запрещен. Думаете, мне сильно приятно было, голышом перед целым городом стоять?
— Это когда? — заинтересовался профессор. — Прошу прощения, но ни о чем подобном вы не упоминали. Гм… не поймите превратно. Но, похоже, Женечка, имеет смысл пройтись по вашим приключениям более детально. Кажется, вы все же многое упустили.
Вот не зря говорят, что добрыми намерениями выложена дорога в ад! Хотела как лучше, а получилось, как всегда. Начинай все с начала. Прям, как на допросе. Я «пою», а они меня на нестыковках ловить будут. И начнется: «а вот здесь ты иначе говорила», «а в прошлый раз ты сказала…» Терпеть ненавижу.
— Думаю, не стоит…
«Спасибо, доктор! Плюсик тебе в личное дело!»
— Уверен, ваша студентка, очень толково изложила суть событий, не отвлекаясь на эмоции, — продолжил мысль Иван Денисович. — Что для девушки ее возраста, весьма сложная задача. Так давайте же возьмем пример с юной коллеги и тоже уделим время действительно важному. Тем более, что хоть игра и замерла, в отношении Евгении, — для Антона таймер не останавливался, и обратный отсчет продолжается.