Каждое лето он проводил каникулы в деревне, у Степана, и был тверд в намерении не обрывать связи с отцом, который все же женился на Гале и успел стать отцом двух мальчишек-погодок. Со временем, старые обиды забылись, телефонные звонки с отцом становились все чаще и дольше, а приглашения приехать к нему в гости и повидать братьев, все более искренние.
Подарив Дане яблоко, Маришка дернула за штаны Макара и удивленно моргнула, когда отец, едва удержавшись на шаткой лестнице, громко выругался. О чем тут же пожалел, заметив слезы в глазах дочери.
- Ты помочь хотела? - мягко спросил он, поднимая ее на руки. - А я так сразу и не понял.
Маришка имела над ним особое влияние. Стоило ей улыбнуться, и он забывал бессонные ночи, испорченную мебель и многие детские шалости. Стоило Маришке расплакаться, и он успокаивал ее, шепча ласковые слова на ухо. И только порой усталый вид Оли беспокоил его больше, чем капризы дочери.
Он много работал, уже пять лет занимая должность программиста в небольшой, но быстрыми темпами развивающейся компании. И каждый день, выходя из душного офиса, он спешил домой, желая ощутить теплые объятия жены и услышать звонкий детский смех. Не было ни дня, чтобы он не получил того, чего желал.
Маришка потянулась к лестнице и Макар осторожно опустил ее ноги на ступеньку. Дочь звонко рассмеялась, смотря с высоты вниз.
Вдруг она умолкла, услышав голос матери. И как только она вышла из дома, Маришка потребовала опустить ее на землю.
Едва ее ноги коснулись земли, она отобрала у Дани яблоко и побежала к Оле. Та поймала ее на лету, на мгновенье оторвав от земли и крепко прижав к груди.
- Это мне?! - восторженно воскликнула она, забирая яблоко и спрятала его в карман. - А это тебе, - взамен Маришка получила горсть спелой вишни.
Оля взглядом проводила дочь, которая подбежала к бабушке и хвастливо показала ей ладошку, с которой стекал вишневый сок.
Свою беременность она приняла спокойно и нисколько не опечалилась, что придется сделать перерыв в работе, которая много для нее значила. Оля успешно справлялась с секретарской работой в университете, и столь же успешно справилась с материнством. Разногласия, которые прежде были привычным делом между ней и Даней, постепенно сошли на нет. Она гордилась сыном и была нежна с дочерью.
Валентина Андреевна повытаскивала косточки из вишни и вернула ее Маришке. Пока внучка увлеченно ела, Валентина Андреевна смотрела на сына. Не укрылось от нее, как появление Оли заставило Макара забыть про навес. Не укрылся от нее и взгляд, которым он смотрел на свою жену.
Ровно такой же взгляд она впервые увидела шесть лет назад, когда он привел Олю в ее дом. Тогда она отчетливо поняла, что больше не властна над ним. Душа ее успокоилась, когда она заметила в глазах Оли ту же непоколебимую преданность и нежную влюбленность.
Как и тогда, теперь ее душа была спокойна. Взяв за руку внучку, она улыбнулась и повела ее к вишне, которая пестрела яркими бордовыми пятнами на фоне темно-зеленой листвы.
Конец ознакомительного фрагмента