Все закончилось. Она испытала облегчение. Теперь ей хотелось, чтобы он поскорее вышел из нее и отпустил. Только надолго ли? Сколько ему нужно раз, чтобы вдоволь насладиться и насытиться?
Он вышел из нее и помог подняться. Она схватила ковш, намереваясь поскорее отмыться от его соков, которые медленной струйкой стекали по внутренней поверхности бедер. Но вдруг сознание помутилось, Оксана пошатнулась и последнее, что она запомнила, как Никола ловит ее в свои объятия и прижимает к груди.
Глава 9
Оксана открыла глаза и осмотрелась. Солнечный свет заливал комнату, голова утопала в мягких подушках, тело изнывало от жары, укутанное в теплое пушистое одеяло. Никола сидел у нее в ногах, одетый в темную рубаху и штаны из плотной грубой ткани. Он смотрел на нее. Увидев его хмурый взгляд, Оксана испугалась и прижала край одеяла к груди.
– Проснулась, – он вздохнул. – Долго же ты спала.
Память медленно вернулась, и Оксана вспомнила, как они были вдвоем в бане и как она исполняла свой супружеский долг второй раз за вечер.
– Что со мной случилось?
– Ты перегрелась и упала в обморок. Я принес тебя домой, напоил травяным отваром и уложил в кровать.
Это она тоже смутно помнила.
– Раз уж теперь мы с тобой супруги, то пришла пора обсудить, как мы будем жить, – Никола отвел глаза и посмотрел перед собой. – Я вижу, что ты меня боишься и вся дрожишь, едва я к тебе прикасаюсь. Меня это не устраивает, но я готов дать тебе столько времени, сколько нужно, чтобы ты ко мне привыкла.
– А если я так и не привыкну? – Оксана набралась храбрости и спросила. – Я же пришла к тебе перед свадьбой и сказала, что не пойду за тебя. Почему же ты меня не послушал?
– Я поступил так, как хотел сам. Но ты могла сказать нет, и тогда свадьбы не было бы. Разве я заставил тебя? Я просто пришел и спросил. И получил ответ.
Оксане нечего было возразить. Да, ее заставили, только не он, а люди, которых она считала своей семьей.
– Чего ты молчишь? – Оксана пугалась его тяжелого голоса, слишком уж давящим он был. – Теперь обратного пути нет, так что придется привыкать ко мне и к моим порядкам. Я не для того женился, чтобы возвращать тебя отцу.
– Я поняла, – еле слышно ответила она. – Если тебя устраивает жить с женщиной, которая тебя не любит, то пожалуйста…
Оксана привыкла дерзить, такой уж был у нее характер, только она еще не успела понять, что Никола не собирался прощать ей ее дерзости.
– Иногда любви одного хватает и на двоих, – он встал с кровати. – Поднимайся, я покажу тебе дом и пойду в кузницу.
Оксана откинула одеяло и обнаружила, что на ней совсем нет одежды. Поймав жадный взгляд Николы, она испугалась, что он снова захочет ее, поэтому быстро нырнула обратно под одеяло.
– Близость между нами будет часто, – он словно прочитал ее мысли. – И для того, чтобы ложиться с мужем в постель, вовсе не обязательно его любить. Но ласковой быть обязательно. Я не насильник, Оксана, и беру то, что принадлежит мне по праву. А ты теперь моя – и телом, и душой. И я советую тебе постараться не затягивать с тем, чтобы свыкнуться с этой мыслью. И я хочу ребенка. И ты родишь мне его.
Он вышел из комнаты, позволив ей спокойно одеться. Оксана нашла старенький чемоданчик со своими платьями и выбрала то, что поскромнее и подлиннее. Подвязав волосы платком, она вышла из спальни и обнаружила Николу на кухне.
Кухня была залита утренним светом – чистая, просторная, с широким деревянным столом посередине и полками вдоль стен, аккуратно заставленными посудой, банками с сушеными травами, грибами и крупами. На плите тихо булькала кастрюлька, откуда шел тонкий аромат травяного настоя. Все здесь дышало порядком, но не уютом – скорее, строгой, почти солдатской опрятностью.
Никола стоял у окна, спиной к ней, и, не оборачиваясь, начал: