9
Когда садимся в машину, я делаю музыку громче. Это своего рода сигнал - я не хочу говорить. И первое время муж молчит и ни о чём не спрашивает. Хотя, я нутром чую, что он появился на Монетке не просто так. У него ко мне какие-то вопросы, как минимум. Или он что-то хочет сказать. Вот только бы понять заранее, что именно. Понять и приготовиться.
Наконец его рука соскальзывает с руля и Юра делает музыку тише. И я внутренне подбираюсь, потому что понятия не имею, что скажет муж уже в следующее мгновение.
- Послезавтра у тебя небольшой концерт. Сыграешь для наших близких друзей.
Чуть притормозив, он поворачивает голову ко мне, и на губах его появляется улыбка. Чёрт! А я ведь уже успела напридумывать себе чёрт-те что.
- С чего вдруг? - вот и всё, что я в силах спросить.
- Ты же сама этого хотела, - пожимает плечами Юра. - Разве нет?
Хотела, он прав. Только сейчас отчего-то чувствую себя карманной собачкой, которая может что-то смешное, что хозяин готов показывать и показывать публике. Зажравшимся друзьям, приходящим на такие «концерты» только потому, что им интересно лишний раз обсудить друг с другом тряпки, цены на нефть и ещё какую-нибудь ерунду. Всё, что угодно, но только не музыку.
- Да, я этого хочу, спасибо.
Пожалуй, музыка - это единственное, что у меня осталось. Настолько личное и близкое. Всё остальное - давно в прошлом.
Дальнейший путь мы проделываем в молчании. Я - смотрю в окно, Юра - на дорогу. Мысли то и дело возвращаются к Наилю. Где он сейчас? Чем занят и о чём думает? И почему так отчаянно страшно из-за того, что он уже мог обо мне забыть?
Когда машина останавливается возле дома, я слышу, как на телефон приходит входящее сообщение. В лицо тут же бросается краска, но муж, слава всем богам, этого не замечает. Выходит на улицу, достаёт из багажника вещи. Это не может быть Наиль, но почему-то за то время, которое нужно, чтобы добраться до квартиры, я успеваю убедить себя в том, что это именно он.
- Я в душ, - объявляет Юра, закрыв за нами дверь.
- Хорошо, я пойду постель поправлю.
Оказавшись в спальне, первым делом вытаскиваю из кармана телефон и жадно читаю сообщение.
«Привет, принцесса, которую так нельзя называть. Помнишь меня?»
Моё сердце начинает биться с такой силой, что мне кажется, будто его стук способен услышать даже Юра, принимающий душ.
«Помню. Откуда у тебя мой номер?»
«От общих друзей. Но если ты против, я не буду тебе писать».
«Я не против. Это Юлька тебе дала?»
«Юлька мне не давала, да я этого и не хотел бы»
Я смотрю на экран и совершенно глупо улыбаюсь. Наиль не просто не поставил точку в нашем с ним небольшом безумии, но, наверное, хочет продолжения, раз уж пишет мне.
«Ты сейчас дома?»
И зачем я вообще об этом спрашиваю? Это ведь совсем не моё дело. Но мне нужно это знать, иначе точно не успокоюсь.
«Дома. А ты?»
«И я дома»
«Хорошо. Какие планы на завтра?»
«Пока не знаю. Может, по магазинам прогуляюсь. А вообще у меня концерт будет. Послезавтра».
«Вот как? И на чём играешь, помимо нервов?»
«На виолончели. Тебе такое нравится?»
«Честно? Вообще нет. Queen и всё такое, как ты помнишь»
Я помню. Даже успела перекинуть себе несколько песен этой группы, чтобы послушать на досуге, когда останусь одна. Это своего рода душевный онанизм - слушать ту музыку, которую любит Наиль, и представлять, что мы делаем это вместе.
«Ладно. Мне сейчас спать нужно. Ты ещё напишешь?»
Я бы с удовольствием продолжила этот разговор, но слышу, что в душе уже перестала литься вода, а это значит, что муж скоро придёт ложиться спать. И вряд ли будет рад тому, что я уткнулась в телефон.
«Напишу. Спокойной ночи, Кира»
«Спокойной ночи, Наиль»
К моменту, когда Юра приходит ко мне, выпив свой традиционный стакан сока на кухне, я успею забраться в постель и притвориться, что уже сплю. Когда рука мужа ложится на моё бедро, мне приходится призвать всю свою выдержку, чтобы не выдать себя ни звуком, ни движением. И когда Юра убирает ладонь, я неслышно выдыхаю.
Он ведь имеет право на всё - например, разбудить меня, навалиться сверху и трахнуть. И я вряд ли стану протестовать, потому что это... нормально. Нормально отдаваться своему мужу, делать вид, что кончаешь от его ласк. А самой считать минуты до того момента, когда всё наконец закончится.
Но он не предпринимает никаких попыток взять своё. Просто засыпает рядом, и теперь я испытываю облегчение. Знаю, что поступаю неправильно. Понимаю, что всё это мерзко и совсем не так, как должно быть, но ничего не могу с собой поделать.