- Рядом с ним кто-то есть?
- Если и есть, то не настолько близко, чтоб мы слышали.
- Тогда ждем.
Рас скептически посмотрел на Исака и Бора — бесполезно предлагать им спуститься в схрон, пока они с Высочеством снаружи. Придется пользоваться своим служебным положением. Он чуть толкнул локтем Эрима.
- Идем. В отличие, от других, у нас есть возможность додремать.
В схроне они устраиваются плечом к плечу, полусидя и согнув ноги. Рас сразу же закрыл глаза и затих, а Эрим безуспешно пытается найти удобное положение для тела. Покрутившись какое-то время, он заметил, что Рас открыл глаза.
- Не спишь? - Смущенно спрашивает Эрим, надеясь на остатки такта у Командора. Как бы не так!
- Заснешь, как же! Когда ты крутишься, словно на блошиной охоте!
- Извини. Я, действительно, плохо готов к военной службе.
Такая кротость только развеселила Раса. Он чуть сдвинулся в угол, сел в пол-оборота к принцу.
- Слушай, Высочество, давно хотел тебя спросить. Почему ты со мной на «ты», а солдатам и лордам одинаково «выкаешь»?
- Тебя это напрягает? Прости, привычка. В Зиндарии дворянам внушают с детства: «ты» - обращение для равных, всем остальным говорят только «вы».
- Почему?
Эрим пожал плечами.
- Наверное, это показатель культуры. Очень легко нахамить человеку, который не может тебе ответить. Но когда ты обращаешься к нему на «вы», хамить становится сложней. У вас разве не так?
- Вышестоящему по рангу говорят «вы», нижестоящему или равному - «ты». Но не для того, чтобы нахамить, а чтобы подчеркнуть, кто принимает решение и несет за него ответственность.
- Но Бору ты все-таки «выкаешь».
Рас с улыбкой разводит руки.
- Привычка. Я был еще мальчишкой, а он уже был секретарем Главы Военного Клана. И кстати, Исаку ты тоже «тыкаешь».
- Мы учились в университете, почти вместе.
- Почти вместе?
- Он был старше на два курса. Но уже тогда я считал его своим другом.
- То есть, он один из той пары искренних друзей, не отвергавших тебя тогда и принявших теперь?
- Да.
- А второй кто?
- Придворный маг Амир. Он стал для меня не только Наставником, но и другом.
- Не густо.
- А у тебя много друзей? Таких, за кого жизнь отдашь, не задумываясь?
- Хм… - Рас почесал затылок. Наверное, впервые Эрим увидел его смущение. - Ну, если прямо ценою в жизнь… То вполовину меньше, чем у тебя.
- Кан?
- Конечно!
- А разве за Айю ты не готов отдать жизнь?
- Готов. Из чувства долга. Она — Правительница моей страны, если ты забыл. И она девушка, которых в моей стране, как ты помнишь, очень берегут.
- Кстати, Рас, а что такое «Остров Согласия»?
- А, Кан написал? Считай это частью свадебного обряда.
- Думаю, это не совсем так.
- ??
- Кан и впрямь написал об этом мимоходом, как о рутинном, но обязательном событии. А вот Айю… Нет, она ничего не объясняла, но сам тон ее письма… Мне показалось, она в отчаянии.
- Серьезно? - Рас привычно разлохматил кудряшки на макушке. - Айю никогда не пишет мне об их отношениях… Кажется, у Кана будут проблемы.
- Объясни.
Рас тяжело вздохнул, еще раз взъерошил макушку, будто набираясь сил перед трудным разговором, и наконец, решился.
- Вообще-то, говорить об этом у нас не принято. И для простолюдинов поездка на Остров Согласия — часть свадебного обряда у дворян. Еще одна прихоть.
- А на самом деле?
- Помнишь, я говорил, что у простолюдинов молодежь сама выбирает себе пару. Доросли до брачного возраста, дальше сами могут строить свою жизнь. А дворяне считают свои ранги, изо всех сил тянутся вверх, забывая, что чем выше стоит человек, тем меньше у него свободы… Когда дворянским детям исполняется девятнадцать, их родители устраивают рауты, собирая молодежь, по возможности, более высоких рангов, надеясь, что их «чадо» найдет там свою судьбу. В большинстве случаев так и случается.