Вдруг, непонятная сила выдергивает руку Раса из воды, крепко зажимает ладонь и запястье. И сразу же все тело пронизывает невероятная боль. Она выталкивает, выбрасывает Раса куда-то в темноту, в бездну, он летит так, что звенит в ушах.
- Останови кровь! Зажми рану! Ты слышишь меня?! Останови кровь!!!
Рас с трудом разлепляет глаза — какой-то незнакомый саккарец безжалостно тормошит его одной рукой, а второй крепко держит за запястье, высоко подняв, чью-то руку, из ладони которой широким горячим ручьем вытекает кровь. Горячим… Хм, это ведь моя рука и моя кровь. Я не хочу ее так глупо терять. Пусть остановится. Рана должна закрыться. Совсем. Совсем закрыться. Вот так, это правильно. Годится.
Парень рядом с ним удовлетворенно кивает.
- Держи высоко, не опускай, - он передает кому-то запястье Раса, спешно расстегивает свой меховой жилет, задирает толстую шерстяную рубаху и резко рвет край нижней льняной сорочки.
На одежде парня остаются ярко-алые пятна, но его это не волнует. Отхватив широкий кусок рубахи, незнакомец туго перевязывает кисть Командора. Впрочем, он не совсем незнакомец, где-то Рас уже видел его, но не здесь, не в гарнизоне. Рас медленно повернул голову. Секретарь Бор, побелевший, словно лист бумаги, стоит возле него на коленях, крепко вцепившись в раненную руку. За его спиной — комендант, серо-зеленый от страха, выпучив глаза, жадно хватает губами воздух. Полузнакомый парень поднимается, властно бросает коменданту:
- Ехима — в карцер. Я сам допрошу его.
Комендант немедленно исчезает. Парень одергивает, отряхивает одежду, стараясь привести ее в норму, кивает Бору:
- Все в порядке. Нужно привести людей, чтобы перенести Командора. Я думаю, своим людям ты доверяешь больше.
Бор осторожно опускает перевязанную руку Командора ему на грудь и, коротко поклонившись, уходит. А парень широко улыбается Расу.
- Ты справился, ты молодец. Теперь можешь отдохнуть.
Где же они виделись? Рас послушно закрыл глаза и провалился в сон.
По въевшейся с детства привычке, ровно на пятый утренний асур, Рас открывает глаза. Медленно обводит глазами комнату, стул у изголовья со свежей одеждой, соседнюю кровать, на которой кто-то сладко посапывает. Странно, комната вроде бы его, Раса, но кто дерзнул установить здесь еще одну кровать? Лица спящего, из-за стула с одеждой, не видно и Рас садится, решив сразу же поставить нахала на место. Ох! Голова закружилась так, что пришлось срочно хвататься за стену и пережидать, пока плывущая вокруг него комната не остановится. Ух! Голую спину ожгло холодом. Рас поднял голову и посмотрел на расплывающуюся, двоящуюся створку окна. Кто додумался оставить открытым на ночь окно? Холод как в бездне! Рас приподнял одеяло, второе, третье. Понятно, почему он не замерз ночью, но теперь желание вылезать из-под одеял резко убавилось.
- Проснулся?
Парень напротив него тоже сел на кровати, потер ладонями лицо, пальцами зачесал на спину не слишком длинные золотисто-русые волосы, сладко потянулся. Затем откинул свои три одеяла, опустил ноги в мягкие тряпичные туфли без задников, подошел к окну, плотно закрыл створку. Рас захлопал глазами, рассматривая на парне длинную, ниже колена, и широкую фланелевую рубаху нежно-салатового цвета. Бывает, деткам до трех лет одевают на ночь пижамки, чтобы не мерзли в холодный сезон, но взрослый мужик… Рас резко захлопнул невольно открывшийся рот, и все же не удержался от ухмылки. А парень, как ни в чем не бывало, облокотился на спинку его кровати.
- Доброго утра. Помнишь меня?
- Высочество. Наследный принц.
- Лучше — Эрим. И тебе и мне будет проще. Ты куда?
- Во двор, - Рас опустил ноги на стылый пол, разыскивая глазами поно́жи1.
- Извини, Командор, ближайшие два дня — только сюда. - Эрим потянул за бечевку, привязанную к спинке кровати, открывая крышку над ведром, поставленным у ее ножки. - Я помогу.
- Иди ты… к мурене в глотку, - цедит сквозь зубы Рас, и вдруг понимает, что выйти во двор сил у него, реально, не хватит. Просто натянуть и завязать поно́жи стоило ему такого труда, что лоб покрылся испариной, а в глазах потемнело. Ладно, сегодня пусть будет ведро. Он с трудом поднялся, пошатнувшись от слабости, схватился рукой за спинку кровати и теперь тупо разглядывает свою вторую руку, плотно укутанную в бинты. Чуть придержать шнурок, чтобы развязать узел на портках, еще получится, а вот дальше… Мдаа.