- Вставай, мерзавка! - Одноглазый сын шана пнул ногой по брусу деревянной клетки. - Шед, взять ее!
Но пес, в отличие от хозяина, сразу почуял, что в клетке нет никого живого. Немного полаяв на кучу тряпья и соломы, пес уселся у ног хозяина с чувством выполненного долга.
- Какая-то она вялая у вас, - небрежно скривился Джунки, со скучающим видом стоявший рядом. - Может, стоило ее хоть иногда кормить? Сомневаюсь, что у твоего отца получится устроить интересное зрелище, с такой-то дохлой пленницей.
Лениво обмахиваясь веером, принц неспешно отошел от клетки.
- Матушка старательно соблюдает траур, а я не нахожу себе места от скуки. Думал, хоть здесь будет забавно. Так говоришь — она зиндарийская шпионка, покушалась на жизнь Великого Шана? Расскажи, как ты вычислил ее.
Джунки, словно нехотя, обернулся на клетку. Хорошая работа. Соломенное чучело, которое он вчера сотворил, очень правдоподобно изображало свернувшуюся калачиком девушку. И насчет кормления он тоже угадал — раз уж никто до сих пор не потревожил его творение. А вот саккарца уже хватились. Когда эскорт Джунки появился во дворе шана Болдымана, хозяин с трудом скрывал досаду от приезда столь высокого гостя. Отряд воинов выехал со двора, буквально под носом подъезжающего Джунки, рабы бегали излишне суетясь, а хозяин и любимый ташибей Тахтымаша, от злости, едва искры не пускали из глаз. Но повеселиться, наблюдая за суетой, Джунки не дали. Хозяин приставил к принцу своего одноглазого сына, настрого приказав развлекать и отвлекать, предпочел о побеге не рассказывать. Придется развлекаться по старому, дразня своим высокомерием гостей шана.
Странно. До вечера шан Болдыман ни словом не заикнулся о побеге девушки. Вино лилось рекой, рабы запыхались, бегая между гостями, меняя закуски и наливая бокалы. Хозяин сидел чернее тучи, старательно выдавливая из себя гостеприимство. Старший види, на щеке и шее которого виднелись свежие следы от плетки, бледнел каждый раз, когда взгляд шана касался его. Верховный ташибей на пир не пришел, предпочитая заняться поисками беглецов. Хм, очень жаль. Джунки предпочел бы понаблюдать за поисковыми методами ташибея. Но, гостям о пропаже ничего не сказали, так что приходилось пить и веселиться наравне со всеми. А вино, кстати, не плохое. Даже жалко выливать его в земляную воронку, тайно образовавшуюся под низким столом принца.
Утро для перегулявших гостей началось, когда солнце перешагнуло зенит. Да уж, такой пир, что устроил Болдыман, больше походил на свадьбу, чем на простую встречу гостей. Интересно, как шан собирается рассказать о побеге шпионов? Ранее он так красочно рассказывал, что ему удалось раскрыть заговор на Тахтымаша, а его сын поймал шпионов собственноручно, даже пострадал в своих стараниях, лишившись глаза на службе Великого Шана. Очень интересно, как теперь он будет выкручиваться?
Когда гостей пригласили во внутренний двор, где во всю шло приготовление к показательной казни, Джунки всерьёз встревожился. Неужели беглецов поймали? С огромным трудом принцу удавалось сохранять невозмутимость, когда Болдыман вышел вперед и, не жалея эпитетов, стал, в который раз, красочно рассказывать о доблести и уме своего сына, раскрывшего заговор и лично поймавшего коварных шпионов. Оказывается, у одного из шпионов были очень сильные амулеты, придающие ему ловкости и могущества, но его сын все-таки справился, хоть и пришлось потерять глаз в битве. Враг оказался настолько вероломным, что у него не хватило мужества дождаться казни. Когда сегодня за ним пришли, он напал на охрану и тем, защищаясь пришлось его убить. На середину двора рабы вытянули окровавленное тело в узких темных штанах и короткой меховой жилетке на голом торсе. Джунки осторожно сглотнул, увидев коротко обрезанные пепельные волосы убитого. Кем бы ни был этот человек, к Саккару он не имел никакого отношения. Воины шана хорошо постарались, превратив лицо альбийца в кровавое месиво, но о том, что их бывший пленник — саккарец, похоже, даже не догадывались. Под разочарованные возгласы гостей, Джунки осторожно осмотрелся. Похоже, он сумел спрятать волнение, не привлек к себе ничье внимание.
Шан поднял руку.
- Успокойтесь, уважаемые шаны! Я обещал вам интересное зрелище, и оно будет. У шпиона была помощница, которую моему сыну тоже удалось поймать. Ей-то и предстоит ощутить на себе справедливость моего гнева.