- Что там у вас? Докладывайте.
- Возможно это не важно… - Командор сердито зыркнул на замявшегося офицера, и тот продолжил рапорт уверенно и четко. - По ходу следования одного из патрулей растет большая раскидистая ива. Не так давно часть дерева неожиданно засохла.
- Я знаю об этом, ты опоздал с докладом.
- Командор, тогда на это не обратили внимания — мало ли какие болезни бывают у местных деревьев. Но сегодня… На бывшей сухой ветке распустились почки!
Несколько терций Рас молча пялился на офицера, пытаясь осознать сказанное, затем резко поднялся.
- Коня мне!
- И нам! - Тут же подхватились Эрим и Исак.
Сухая ветвь, действительно, ожила. На тонких, вновь ставших гибкими, прутиках, распахнулись клейкие створки, выпуская на свет пушистые сережки. Ближе к вершине, эти сережки уже начали золотиться, внизу еще оставались серо-зелеными. Рас притянул веточку поближе к лицу, вдохнул терпкий аромат весенней свежести, подул на нежные пушинки. Откуда-то из-за уха прилетел толстый шмель, лениво потоптался по еще не раскрывшемуся соцветию, сердито загудел, и отправился вверх, к неожиданному и манящему лакомству.
- Это невозможно!
- Конечно невозможно!
Эрим и Исак ходят вокруг дерева, рассматривают, обнюхивают, растирают пальцами липкие почки. Только что на зуб не пробуют. Или все-же попробовали? Рас лукаво улыбнулся, чем еще больше смутил ошеломленного Эрима.
- Рас, я не думаю, что это забавно.
- Почему?
- Подумай сам — это не просто так. Такой выброс энергии не может быть бессмысленным. Это явно послание нам. Ташибеи показывают свою силу? Самое отвратительное — здесь совершенно не чувствуется магии, как будто дерево само вдруг решило вновь распустить цветы.
- Почему — бессмысленный? Мертвое дерево ожило, что в этом плохого?
- Рас, скоро осень, деревья начнут желтеть, будут готовиться сбросить листву, а здесь — свежие почки. Для дерева это не нормально, бессмысленно.
- Возвращаемся. Не думаю, что новое цветение может повредить дереву. И кажется, я смогу объяснить, что здесь произошло.
Рас уселся в седло, подождал, когда Эрим сделает то же, и двинул коленями, посылая коня вперед.
- Никак не могу привыкнуть к вашему календарю. Зачем было делить год на шестнадцать месяцев? Почему не пятнадцать, не двадцать?
- Шестнадцать месяцев по двадцать восемь дней, плюс два новогодних дня — годовой цикл. Все ровно и точно. - Эрим машинально отвечал, раздумывая совсем о другом. - И по моему, это гораздо понятней и проще, чем ваши короткие сезоны и длинные межсезонья.
- А что у нас сложного? Два сезона по семьдесят дней и пятнадцать десятидневок в каждом межсезонье. Куда уж проще?
- Угу, у норуландцев еще проще.
- А какой у них календарь?
- Отвратительный! - Буркнул Эрим, и наконец, поднял голову, с удивлением посмотрел на Раса. - А знаешь, тебе, пожалуй, понравится… Три сезона по пятнадцать десятидневок.
- А новогодние праздники?
- Первый день сезона цветения.
- Только один день? - Ужаснулся Рас.
Эрим усмехнулся.
- Праздновать десять дней всего лишь наступление очередного года способны лишь саккарцы.
- И что в этом плохого? Это дни, когда вся семья, в полном составе, собирается в доме главы рода. Дети с матерями приезжают из Крепости, даже пар-жены забывают о неприязни на это время. Все делятся подарками и новостями, хвастаются успехами детей, обсуждают новые планы. И все пропитываются духом семьи на весь следующий год.
Рас говорил с таким воодушевлением что Эрим позавидовал. Для него новогодние дни — это бесконечные визиты, казенные улыбки, льстивые рукопожатия и фальшивые пожелания.
Передав солдату поводья, Рас решительно направился к комнате Тамин. Теперь от разговора не отвертеться. Ему необходимо выяснить все недосказанное. Уже на пороге комнаты, Рас обернулся к Эриму: