- Пришел в себя? Наконец-то!
Серебристый баритон мягко обволакивает, и при этом совершенно не выражает никаких чувств. Что это, еще один бездушный? Но те, кажется, совсем не разговаривают. Рас осторожно открыл глаза и тут же крепко зажмурился. Этого просто не может быть. Вновь открыв глаза, Рас потрясенно осматривается. Он не в клетке, как Таг и Кати, не в темнице, и даже не в лекарне. Широкая кровать с резными стойками, шелковый балдахин с золотыми кистями, большое, витражное окно и изящное кресло под ним. Или он все-таки умер?
- Поднимайся. Есть разговор.
Рас сел на кровати и еще раз осмотрелся. Светлая, уютная комната, в явно богатом доме. Достаточно просторная, чтобы без стеснения вместить широкую кровать, два больших шкафа с резными дверцами, рабочий стол с креслом и низкий круглый столик с подушками-сиденьями. Прямо напротив него, за этим столиком, сидит, уставившись в книгу, богато одетый молодой парень, черноволосый и синеглазый. И оба глаза вполне здоровы. Рядом с ним лениво развалился огромный лохматый пес, а по другую руку, у жаровни возится зиндарийский подросток в норуланском одеянии.
- Голова еще болит, - не отрываясь от чтения, норуландец не спрашивает, а утверждает. - Выпей кофе, полегчает.
Вспомнив отвратительную бурду, так любимую его зиндарийскими знакомыми, Рас невольно морщится. И тут же слышит легкий смешок незнакомца.
- Ну что ты, к зиндарийскому кофию он никакого отношения не имеет. Почти. Поверь, сейчас это именно то, что тебе необходимо.
Рас свесил ноги с высокого ложа и только сейчас обратил внимание, что сам он одет только в свободные норуландские шаровары. Впрочем, на ажурную спинку кровати накинуто еще одеяние, такого же светло-сиреневого цвета, как и его штаны. Гм, похоже, он здесь все-таки не узник. Хотя… Посмотрим. Рас молча накинул на себя подобие халата с короткими и широкими рукавами, подвязался плетеным поясом, найденным в кармане и не спеша подошел к столику. Голова закружилась, как только он встал, от слабости слегка покачивало, но он постарался не показать этого. Плюхнулся на подушку и оперевшись о колени локтями, стал бесцеремонно разглядывать хозяина комнаты. Почему-то его лицо показалось смутно знакомым, хотя, кроме рыбарей и купцов, с норуландцами ему общаться не приходилось. А этот — холеный, явно выросший в роскоши, точеные черты лица, изящные руки. На одной — браслет в виде обвившейся вокруг запястья пантеры, в ушах серьги с головой этой же кошки. Что-то такое он уже слышал, о чем-то это должно напомнить. Если бы не тяжесть в голове…
Чуть заметно усмехнувшись, парень закрыл, наконец, книгу и отложил ее в сторону. Оперся подбородком о кисть руки и стал так же откровенно рассматривать Раса. Когда в его синих глазах сверкнули знакомые золотые искорки, Рас невольно отшатнулся от него. Фея? О нет, Создатель! Пожалуйста, только не это! Взгляд Раса упал на крупный звездчатый сапфир в перстне сидящего напротив парня. Сапфир. Звездчатый. Стоп! Рас попытался ухватить за хвост ускользающее воспоминание. Уж не этот ли парень был соперником Эрима за руку наследницы? Что там о нем говорили? Красивый? Да, бесспорно. Обаятельный? Возможно. Высокомерный? Ммм, пока не похоже. Невозмутимый? Однозначно. Но тогда… Рас почувствовал, как медленно холодеет у него под ребрами — если он попал в руки норуландского принца, кто же спасет Кати с Тагом от пыток и казни?
Зиндарийский подросток, одетый как норуландец, с коротким каштановым хвостом на затылке и колючими зелеными глазами, поставил на стол поднос с печеньем, виноградом и каким-то, неизвестным Расу, фруктом. На другом подносе принес две фарфоровые чашечки и большую медную джезву с кофе.
- Асин. - Принц то ли представил своего слугу, то ли просто вспомнил его имя.
- Но, мой Принц… - попытался канючить парнишка, но никакой реакции не последовало. Принц все так же невозмутимо рассматривал гостя. Пришлось подростку нести еще посуду, и разливать кофе в три чашки.