- Почему ты не атаковал меня? Почему так мало применял свою магию?
- Атаковать женщину? - Растерялся Рас.
- Что?!! - Фиолетовые глаза гневно сверкнули. - Запомни, воин, - во время сражения у противника нет пола и возраста. На поле боя нет места жалости, благородству, и даже честности. Все это вернется потом, после победы. А во время битвы действует только одно правило — ты должен выжить.
Женщина выпрямилась, заговорила спокойно и холодно, будто лектор на уроке.
- Запомни: жалость — твоя первая слабость. Твоя вторая слабость — то, что ты поздно получил магический Дар, еще не успел свыкнуться с ним, очень мало применяешь новые способности в бою. В сражении против мага любая твоя слабость смертельно опасна.
Она оглядела саккарцев, рассевшихся вдоль ограды и молча наблюдавших за их боем, заговорила громче.
- Я прошла с вами разминку, и не увидела применения магии. Это большое упущение. Магические упражнения нужно вплетать сразу, чтобы они стали частью вашего сознания.
- Дайна… - выговорить ее, ломающее мозг, имя, Рас даже не пытался, а повторить сокращенное, вызвавшее бурное негодование, сейчас не решился. - Они не маги. Точнее, только некоторые здесь маги.
- Что? Ты серьезно? - Растерялась магиня, - это… плохо. Очень плохо!
Еще раз растерянно оглядев окружающих ее воинов, женщина подхватила свою мантию и быстрым шагом ушла со стрельбища, приспособленного саккарцами под тренировки. Рас устало опустился на землю, потерся спиной о бревна, стряхивая прилипшие к потной спине опилки. Исподлобья оглядел медленно поднимающихся офицеров. Плохо не то, что к обеду о поражении Командора будут знать все саккарцы, а не только видевшие бой своими глазами. В конце-концов, победу магиня получила абсолютно честно. Плохо то, что унылое настроение и безверие в победу распространится на всех.
Когда сегодня утром дайна Аво́ пришла на тренировку, ничуть не смущаясь голых торсов воинов, мужчины лишь иронично похмыкивали. Когда миниатюрная дайна, легким движением плеча, сбросила на землю желтую мантию, оказавшись в черном костюме, обтягивающем стройное женское тело, как вторая кожа, саккарцы, с молчаливым осуждением отводили глаза. Когда хрупкая женщина, пристроившись в хвост колонне, повторила за ними всю тренировку, не отстав ни на пол шага, на нее стали смотреть с уважением. Поэтому, когда магиня вызвала Командора на поединок, офицеры быстро расселись вдоль ограды, предвкушая увлекательное зрелище. Поначалу они даже болели за нее, подбадривая одобрительными криками каждую ее атаку. Но постепенно все возгласы смолкли. Опытные воины быстро поняли, что им показали поединок с настоящим боевым магом. И шансов выиграть в таком бою у них просто не было. Ни у кого.
- Привет! Ты как? - Рядом с Расом присел темнокожий морковноволосый Тарук.
- Лучше бы сдох.
- Понятно. Держи.
Парнишка сложил ладони Раса лодочкой, вложил в них синий прозрачный камешек, в виде толстой капли. Ладони потеплели, и Рас почувствовал, как одновременно с теплом, в тело возвращается легкость, уходит боль и усталость.
- Вот зачем она так со мной? - Капризно пожалел себя Рас. - За что она меня ненавидит?
- За имя, - абсолютно серьезно объяснил юный маг.
- Что? - Рас сразу потерял желание кукситься. - Ну ка, объясняй!
- Ну, она же кельхийка. А там к собственному имени относятся не менее бережно, чем саккарцы к своим волосам. Наречение имени это очень важный ритуал, едва ли не самый главный в жизни. Имя нашей магини переводится как «Самая яркая звезда в ночном небе». - Тарук вдруг коротко рассмеялся, и продолжил улыбаясь, - у нас в академии уже таблицы составляют, кто из народов круче сократит имя декана. Поздравляю, ты переплюнул всех. - Тарук похлопал Раса по плечу.
- И?
- Аво́, да еще с ударением на о, переводится с кельхийского, как «свалка, помойка».
- Это что за шуковина?
- Свалка? Место, куда сбрасывают отходы, мусор, ненужные вещи.
- Зачем?
- Ээээ… чтобы не валялись под ногами. С глаз долой.
Рас несколько терций хмуро смотрел на юного мага, стараясь подобрать аналог этого понятия в саккарском языке. Затем резко встал, засвистел в спины последних офицеров, покидающих стрельбище.