— Голубь сизокрылый, иди лучше к матери сиську теребить, — оскалился воевода. — Не пытайся достать до неба, коль от земли три вершка.
Палач замер, не имея понятия наказывать ему Задору или бежать за княгиней, чтобы остановить грозного воеводу. Если воин тронет князя Итару не избежать наказания!
7
Итар не моргнул и глазом. Ему известно, что трогать княжеского юнца себе дороже, но не он начал первым, не ему утихомиривать сына княжеского рода.
Задора продолжала всхлипывать, ожидая решения своей участи. В этот напряжённый миг тишину нарушил голос молодого княжича Богдана, прозвучавший надменно и высокомерно:
— Может, не надо тебе защищать такое ничтожное создание? — брезгливая усмешка на светлоликом лице и пристальный взгляд на воеводу.
Итар резко повернулся лицом к княжичу, глаза которого сверкали от злобы и зависти.
— Ты слишком мал, чтоб рассуждать о чести женщины моего рода. Я говорю не о той девчушке, что лежит тут в пыли, а о той, чьё сердце светлее звёзд на небе. Моя жена несравнима.
— Это ты после прикосновея понял? — Богдан побледнел от услышанного упрёка, но отступать было поздно. Видя, что аргументы не действуют, он вновь замахнулся ножом, надеясь испугать противника.
Но Итар оставался спокоен и неподвижен, понимая, что настоящая сила не в оружии, а в правде и справедливости. Медленно приблизившись к княжичу, он спокойно произнёс:
— Положи оружие, сын княжеского дома. Твой отец меня уважает, и ему бы не понравилось видеть тебя таким трусливым мальчишкой. Пусть твой отец гордится тобой, когда узнает, что ты держишь своё слово, а не бросаешь камни в спину.
Наступила короткая пауза, полная напряжения. Наконец, Богдан, осознавая, что проиграл, медленно опустил нож и нахально сообщил:
— Недолго тебе осталось за спиной моего отца сидеть. Ты не получишь то, что принадлежит мне, — тихо сказал он, пытаясь сохранить остатки здравомыслия.
Итар оскалился, прекрасно понимая угрозу княжича. Затем, обернувшись к палачу, добавил:
— Няня принадлежит моей жене, и судьба её тоже моя забота. Скажи княгине, что я сам решу, кому нести наказание, а кому прощение.
— Мой дар на свадьбу ты никогда не забудешь! — внезапно взвизгнул Богдан и резко развернулся, уходя прочь.
Палач быстро удалился, боясь попасть под горячую руку гневливого князя. Итар наклонился к Задоре, мягко поднял её на ноги и повёл прочь, оставив позади молчаливых свидетелей драмы.
Женщина испуганно смотрела на огромного мужчину и чувствовала себя неловко. Под взглядом тёмных очей ей казалось, что мир рушится. Даже то, что её спасли от наказания, не прибавляло чужеземцу привлекательности и благородства. Словно боясь испачкаться, Задора встряхнулась. Итар отпустил няню, и она неуклюже подвернула ногу и едва не свалилась в грязь. Воин тут же подхватил слабую женщину и поставил на ноги, приглядываясь, наблюдая, упадёт ли она снова.
— Благодарю, — стеснительно отвела взгляд няня. Капля благодарности просочилась сквозь недоверие. Итар кивнул.
— Что с Ветаной? — поинтересовался жених. — Тоже сечь будут? — грозный рык и холодный взгляд мужчины не прибавляли уверенности няне.
— Нет, кожу портить голубке никто не позволит. Древний род, Ситивратова кровь. Кто, ж, тронет дочь того, кто водами повелевает и громовержцу сыном приходится? — Задора со страхом посмотрела на огромные руки воина и стремительно перевела взгляд на задорного товарища чужеземца.
— Схоронись в моих стенах, пока хозяйка моей женой не станет. Не кликай на себя княжью беду, женщина, — приказал Итар и посмотрел на улыбающегося Олега. — Брат мой тебе в помощь будет.
— Но как же Веточка без меня? — взмолилась няня и впервые без страха, с немой мольбой посмотрела на того, кто супостатом во дворе зовётся.
— Прослежу, чтобы не сломалась, — твёрдо кивнул воин и пошёл к князю в хоромы.
Воеводе нужно было получить последние наставления от князя и напомнить о том, что в приданное жене идут не только земли.
Итар пришёл в то время, когда князь отправил мудрых старцев в светёлку своей воспитанницы.
— Дева молодая, в изыске и ласке росла. От древних умов должна напутствие получить и к жизни с тобой подготовиться. — усталый взгляд встретился со спокойной плескающейся тьмой. — Тогда толк будет.
— Неробкого она десятка, — напомнил Итар и сам удивился тому, что увидел сегодня перед собой не заплаканную девицу, а спокойную барышню.