За это и поплатилась.
Меня вновь посадили под замок в собственной комнате. Но я не боялась, не стенала и не кричала. Откуда-то появился интерес к здешней жизни. Захотелось взглянуть на содержимое сундука и потрогать местный гардероб Ветаны. Вспомнила, что кинула венок на пуховые подушки, а на нём огромные куски драгоценных камней. Нужно не забыть о своих драгоценностях.
Внезапно я услышала писк под кроватью и спешно начала искать его источник. Оказалось, в комнату привели подаренного щенка, который отметил свой путь под кровать мокрой дорожкой.
— Ну чего ты, дружочек? — попыталась выманить пёселя из-под кровати, но тот жался попкой в стену и смотрел на меня затравлено, словно я его убить пытаюсь. — Что за монстры тебя окружали до этого дня? Маленький, не бойся меня.
Но сказать проще, чем внушить доверие в существо, которое видело лишь ужас от человекоподобных прямоходящих.
— Ничего, малыш. Я ещё научу тебя кусаться в ответ на злобу. — В ответ скулёж и испуганный взгляд. Новая лужица намочила лапки и хвостик малышу. — Тебя бы искупать и покормить.
Встрепенулась и поспешила к двери. На удивление мне очень быстро принесли еду и таз с холодной водой. Из еды мне досталась обгрызенная ножка какой-то птички и кувшин медовухи. Что-то доверия этот напиток не вызывает. Вспомнила, как княгиня меня активно напоить решила, но няня не дала. Неужели это тот самый кувшин?
Нервно отодвинула угощение прочь, а объедки передала пёсику. Малыш поскуливал, смотря на кости, и ещё больше вжимался в стену.
— Ты перекуси, а я пока придумаю тебе имя, — ласково улыбнулась животному и перестала надоедать своим заглядыванием под дверь. — Один подарочек нашёлся, а слизняк где? — начала оглядываться, ища издевательское существо. — Ну и вкусы у местных бояр, ни азарта, ни вкуса, ни юмора. Одно мракобесие и уродство.
Загадочно улыбнувшись, я прислушалась и поняла, что под кроватью маленькие зубки грызут кости. Очень аппетитные звуки издаёт тихий пёсик.
— Подарочек, — мягко произнесла и довольная собой выдохнула придуманное пёсику имя: — Дар. Его кличка будет напоминать мне о том, что творилось в стенах княжьего двора.
Вытерев руки, заглянула под кровать и столкнулась с глазками бусинками, которые испуганно смотрели на меня. Не стала смущать малыша и полезла смотреть, что мне досталось от жениха. Но сундук не поддавался моим слабым ручкам. Крышка была настолько тяжёлой, что едва поддавалась. Мне удалось заглянуть внутрь лишь одним глазком.
От столь занимательно действия меня отвлекло внезапное появление княгини Махи на пороге обители. Женщина смотрела на меня с фальшивой улыбкой и приторно сладко произнесла:
— Ветана, девочка моя ясноокая, прости за то, что была сегодня нервной и не контролировала свои эмоции.
Княгиня подошла ко мне и заглянула в глаза. Но от неё я ощущала лишь холод и неприязнь. Маха словно заставляла себя разговаривать со мной в доброжелательном тоне. Отпустила крышку сундука и та громко хлопнула, словно отрезала мнение девочки Ветаны. Теперь остался лишь мой старческий, занудный мозг, который видеть княгиню не желает, но вынужден спокойно разговаривать, не подавая виду.
— Вам что-то от меня нужно? — выделила обращение, напомнив о том, что меня уже не считают другом.
— Хочу, наладит отношения, — милая улыбка женщины, скрывала оскал. — Всё сознательное время мы были с тобой подругами, но сегодня что-то случилось. Ты позволила тронуть себя чужаку, — Маха сцепила зубы, словно я предала все её мечты. — Прилюдно приняла подарок, какой-то нефрит! Богдан несколько дней высмеивал подношение чужеземца, давая ему понять, что недостоин руки дочери древнего рода. Итар, сколько бы ни старался, останется грязным щенком, которого надо держать на привязи!
— Что-что ещё? — перебила её, не желая слушать словоохотливую даму.
Женщина растерялась, удивившись тому, что я осмелилась перебить уличающую речь.
— Я уже говорила, но, видимо, вам надо напомнить, чужак, о котором вы говорите, держит княжество под защитой! Не смейте обесценивать его существование! — не выдержала. Не стерпела, не приняла.
Итар просил не лезть на рожон, но я не могу слушать, как человека оскорбляют. Я уважаю Итара, как героя книги, как преданного защитника, как верного мужчину, как бойца, который не заикнётся о наградах. Мне жалко мужчину. Хочу подарить ему каплю тепла, которого он был лишён. Хочу стать для меча щитом. Мне всегда его было жалко, и одновременно я восхищалась его судьбой. Неужели я не смогу получить капельку уважения для того, кто всю жизнь служил княжескому роду, который убил Ветану?