Готовая конструкция выглядела чуточку гротескной, однако ее прочность не вызывала сомнений — огромное количество гвоздей, смолы и маленьких скоб превратили утлый челн в самый настоящий дредноут. Правда, чтобы дотащить это восхитительное судно до воды, мне пришлось пролить семь потов и обложить матом каждую встречную неровность.
Благо, что линия прибоя находилась совсем рядом.
— Фух. Давай, шерстяной, внутрь.
Орудовать составным веслом было на порядок удобнее, чем кое-как обструганной палкой с торчащими во все стороны ветками, по сравнению с плотом лодка демонстрировала выдающиеся мореходные качества, так что начало пути прошло в очень комфортных лично для меня условиях. Волны оставались небольшими, скорость откровенно радовала, а единственным фактором, который слегка омрачал мне настроение, являлись притаившиеся где-то за пределами зоны видимости конкуренты. К сожалению, я не мог не учитывать тот вариант, при котором у врагов найдутся разведчики с прокачанным до упора восприятием, а серьезный перевес в этой характеристике давал возможность следить за оппонентом без какого-либо риска быть обнаруженным. То есть, противники могли прямо сейчас плыть параллельным курсом и следить за мной из непроглядного тумана.
— Дерьмовая ситуация, шерстяной.
— Ф-ф?
— Ничего, прорвемся.
Примерно через тридцать минут активной гребли я решил, что отплыл на достаточное расстояние от острова и забайтил абсолютно всех, кого можно было забайтить. Пришло время перейти к следующему этапу — сделать резкий поворот и двинуться в северо-западном направлении, держа такой курс, который ни в коем случае не пересекался бы с квестовым островком. Лодка достаточно шустро отреагировала на мои усилия и разворот вышел чуть ли не идеальным. Я изо всех сил налег на весло, скорость увеличилась…
— Ф-фр! Фр! Фр!
Услышав негодующее фырканье бобра, я поднял голову, окинул взглядом бесконечный туман и наконец-то увидел прямое подтверждение всех своих догадок — на самом краю поля зрения стремительно растворялась в дымке едва заметная приземистая тень. Буквально через несколько секунд удиравший от меня корабль окончательно исчез, но это уже ничего не значило — враги действительно находились совсем рядом, каждый мой шаг был под их контролем и планировать дальнейшие шаги требовалась с учетом данного обстоятельства.
Я постарался никак не выдать своей осведомленности, шикнул на питомца, а затем удвоил усилия, толкая лодку в прежнем направлении. Судя по наличию рядом со мной боязливого драккара, второй символ все еще не был обнаружен, а охотники временно сконцентрировались на моей персоне. Пожалуй, это выглядело как серьезная тактическая победа и перехват инициативы, хотя оппоненты наверняка думали то же самое.
— Вот и посмотрим… кто тут в заднице… посмотрим…
Наш маршрут пролегал заметно южнее реальной цели, так что любой, кто попытался бы действовать на опережение, заведомо ушел бы в сторону от локации с выброшенным на отмель корабликом. Однако все время двигаться этим курсом было невозможно — минут через сорок, успешно достигнув границы между зонами и оказавшись в непосредственной близости от населенного саламандрами острова, я совершил резкий поворот, двинувшись прямо на север. Усилившееся волнение сразу же начало тормозить лодку, но это противодействие не шло ни в какое сравнение с тем, что я испытывал совсем недавно. Пейзажи зачищенного островка медленно проплывали справа от нас, суденышко уверенно двигалось вперед, а залетавшая внутрь корпуса вода тут же отправлялась обратно — бобр, сообразив, каким образом может помочь хозяину, развил бурную активность, выбрасывая вредоносную жидкость за борт своими маленькими лапками. Вряд ли он справился бы с последствиями настоящего шторма, но в текущих условиях его работа выглядела чертовски полезной.
— Молодец, бро, молодец…
Остров остался у нас за спиной, цель приблизилась вплотную и настал тот момент, когда требовалось раскрывать все имеющиеся на руках карты, а затем идти ва-банк. Я на всякий случай покрутил головой, ожидаемо ничего не увидел, выругался и свернул на восток. Длинное путешествие неумолимо шло к своему финалу, напряжение нарастало, а в голове крутилась одна-единственная мысль — как бы не облажаться во время высадки. Доставить врагов к нужному месту, а затем благородно самоустраниться из гонки — такой исход противостояния мне совершенно точно не нравился.