тые в удобные, широкие штаны, снова начали собирать в корзины горы насыпавшихся за утро опилок. -Кто-то из рабочих погиб? -Одного из новеньких затянуло за одежду, - Янг, тяжело дыша, наклонился и зачерпнув снега, принялся стирать с себя чужую кровь. -Не помню, как зовут. Руку ему прихватило и плечо. Всего пол часа назад. Но, кажется, он выживет. За доктором уже послали, но теперь езжай ты, Филс. Давай, вези Оллсопа сюда поскорее. -Хорошо, господин Янг, - спохватился управляющий. -Я привезу его и потом доставлю вас домой. -Я заночую здесь. Нужно распорядиться, чтобы все привели в порядок до моего отъезда в столицу. Ирвинга нигде нет, убежал он что ли со страху? Так они здесь все загубят. Что за люди? – разочарованно сокрушался Леман. -Разве можно положиться на таких работников? Если бы не твоя внимательность, котел бы взорвался, вот тогда бы была потеха, до столицы бы грохот долетел…. Филс бросил взгляд на «нечистого». Тот по прежнему стоял у машины и равнодушно смотрел в сторону озера. -Это не моя заслуга, - пробормотал управляющий. И кивком головы указал на нового работника. -Вот значит как. – Янг склонил голову набок. Спиною он устало прислонился к каменному столбу. С его покрасневших от холода рук капала и тут же впитывалась в снег талая розовая вода. – Ну и денек выдался…. И что, он, стоя там, действительно заметил неполадки с котлом прежде тебя? Управляющий это подтвердил. -Он очень внимателен и явно себе на уме. Я бы следил за ним и настращал на вашем месте как можно сильнее. Плохо, что вы не удосужились расспросить о нем подробнее, господин Янг. Вы же видите, что он явно не простой работяга. Есть в нем что-то странное и вызывающее. -Поэтому я и взял его. Я всегда любил сложные механизмы. На деле – стоит только разобраться, как ими управлять и тогда они полностью подчиняются тебе. Я рад, что он здесь, видишь, как он нам пригодился? – Янг усмехнулся. –Давай, уже, поторопись, езжай за доктором. У нас много дел сегодня, а у меня совсем нет времени. Вечером в трактире я проведу собрание. И, будь добр, найди Ирвинга, этого лысого черта. Если он не появится передо мною в ближайшие десять минут, он потеряет свое место. 2. Сестра была беременна третьим ребенком. Янг с недоумением смотрел на круто выпирающий живот Виктории и молчал, не находя слов. -Ну что же ты? Обними меня хотя бы, брат, - сказала она. Янг выполнил ее просьбу, осторожно сжав хрупкие, исхудавшие плечи и вдохнув запах ее волос. Знакомый, теплый. -И когда вы успели? -Ты о новом ребенке? – она засмеялась, отодвигаясь от него. -Он родится летом. -Ты разве не устала? Твой предыдущий еще даже не встал на ножки. -Няньки помогают мне. Об этом нечего беспокоиться. Надеюсь, на этот раз родится мальчик. -Как знаешь. Теперь мне ясно, почему ты не приезжала домой так долго. -Мой дом здесь, Янг. Рядом с мужем и детьми. -Ну что…я рад. Что ты счастлива. Она улыбнулась и пожала плечами. Солнечный свет сквозь голубую штору мягко обволакивал ее фигуру в длинном, светлом платье. -Как и должно быть. Ведь я вышла замуж по любви. И я, конечно, буду не против, если мои дети унаследуют наш дом в лесу и производство. Но все-таки, мне хотелось бы, чтобы ты тоже обрел свое счастье и семью. -Я думал, когда же ты это скажешь, - улыбнулся он. -Тебя это обижает? -Нет, нисколько. -Хорошо, что ты приехал. Там, в поселке, общества нет и…. -Там есть общество. Вполне приемлемое для меня. -Но здесь так много людей. Ты встретишься, познакомишься с кем-нибудь. Ты ведь приехал надолго? -Думаешь, что какая-то барышня захочет уехать из столицы в наши болотистые глухие края? - задал Янг ответный вопрос. -Только если совсем…плохонькая. Бедная и некрасивая, которой нечего терять в жизни. Виктория покачала головой. -Янг! Ты очень сильно недооцениваешь себя… Дверь в гостиную с треском распахнулась. -А вот и мой дорогой зять! Эдвард, широко шагая, внес себя в гостиную. Щедро источая спиртной и табачный дух, он крепко обнял Янга, сдавив ему шею. -Ну здравствуй мой дорогой голубоглазый друг! – Завопил он. -Что-то ты исхудал и совсем забыл про нас с Викторией. -А ведь действительно Янг… Ты изменился с лета. -Со мною все в порядке. Я бы хотел выпить чаю. Очень устал с дороги. -Я распоряжусь, - Виктория попыталась встать. -Виктория, не двигайся! - потребовал ее муж. -Дом полон людей. Нечего тебе сто раз на день ходить на кухню. А глухих мы здесь не держим. -Эй, Эмили! Чаю сюда, живо!! – заорал он в приоткрытую дверь. Затем Эдвард уставился на Янга так, словно видел его впервые. -Каждый раз удивляюсь вашему семейному сходству. В темноте и перепутать можно! – он громко расхохотался своей шутке и, протянув руку, шлепнул зятя по плечу. Физический контакт был, очевидно, очень важен для него. Как элемент проявления дружественности и хорошего расположения духа. Эдвард был рыжий иностранец и на местные нравы – ему было плевать с высоты своего почти двухметрового роста. Брат и сестра переглянусь с улыбкой. Оба стройные, черноволосые, светлокожие и голубоглазые. Красота – от матери. Сдержанность и спокойствие – от отца. Большой рыжий человек, сидящий напротив них, полез во внутренний карман своей жилетки и извлек толстую сигару. -Тогда ждем чай. Эх, до ужина еще так долго…. Ну, Янг, дружище, рассказывай. Какими судьбами тебя с болот занесло в наши края? Дом, узкий трёхэтажный дом на центральной городской улице и крохотный, обнесенный кирпичной стеной чахлый садик на заднем дворе. Это были владения Виктории. Приходящие служанки, или же «помощницы по хозяйству», как их теперь принято было называть. Няньки для малышей. Уютные и чистые комнаты с хорошей, крепкой современной мебелью. Водопровод, канализация и газ, электрический желтый свет. Из узких окон видна улица с громыхающими по брусчатке конными повозками и машинами, а так же, соседние дома, такие же высокие и цветные. Леман осматривался, вскинув лицо. Круглый солнечный диск бледным пятном пробивался сквозь плотные, высокие зимние облака. В воздухе висел осязаемый запах серы и дровяного дыма, на зданиях поблескивала изморось. -Мы сейчас мало с кем видимся. Эдуард сильно занят в конторе. Я иногда встречаюсь с подругами, но тебе это будет скучно. Сюда, Янг, скорее же! Они быстро перескочили через скользкую от наледи проезжую часть, увернувшись от блестящей бежевой, очень красивой, машины новой, невиданной прежде модели. Янг проводил машину взглядом. -Тогда с кем же ты хотела знакомить меня, если сама целыми днями просиживаешь дома? -Я думала, может быть ты сам… проявишь интерес. Тот же клуб, библиотека, набережная, или ресторан. -Ох, Виктория, ну кто же знакомится в ресторанах? Туда приходят чтобы поесть. -Янг, пожалуйста, не говори как деревенщина. Она уцепилась ему под руку и щебетала, перескакивая с темы на тему. Он поначалу тревожился за нее. Из-за толпы на улице, машин и лошадей. Но она была в этом мире как рыбка в воде. Глазела на витрины, болтала и ловко переступала своими ножками. Янг заметил, что юбка ее стала короче, были видны щиколотки. Да и у всех, увиденных им девушек и женщин, платья были именно такого фасона. Он вздохнул, успокоился и предоставил ей возможность вести себя куда ей вздумается. -Мода в этом году сделала такой рывок! - воскликнула Виктория, точно угадывая мысли брата. -Тебе нужен новый сюртук. И куртка. А еще плащ для весенних оттепелей. Ведь скоро весна, Янг, а ты выглядишь как будто только что вылез из дедушкиного сундука. Брат кивал и поддерживал беседу, не вникая в ее смысл. Его сестра стала самой обычной женщиной. Больше он не видел в ней ничего того, что было в юности. Тогда он любовался ею, похожей на амазонку, легкой на подъем, сильной. И она никогда не имела привычки хватать его под руку и почти висеть на нем. Хотя…эта ее глупая обувь на каблуках, имеет смысл держаться за что-то. Если бы у меня была такая жена… я бы страшно скучал, - думал он. -Я так люблю сестру, единственного близкого мне человека. Но мне абсолютно не о чем говорить с нею. Кроме ее детей, кухни и моды. Она даже не спрашивает меня о нашем доме. Ей совсем не интересно, что там происходит. А что же там происходит? Янг улыбнулся себе. -Ничего. Ничего такого, о чем можно было бы рассказывать взахлеб. Не говорить же ему о лесе, полном мрачной, ароматной, пьянящей тишины? О заснеженной топи, спящей под ломким льдом, о снеге, бесшумно падающем всю ночь и залепляющем до середины окно, так что поутру свет, пробиваясь сквозь него, приобретает молочно-белый оттенок. -Эуард рассказал мне, что ты хочешь открыть бумажное производство. И приехал затем, чтобы изучить это дело. Так ты настроен серьезно? - Ты о чем-то спросила? – Янг точно очнулся. -Прости меня. Виктория усмехнулась, смотря на него. -Ты уверен, что бумажное предприятие стоящее? Тебе придется много потрудиться, ведь помощников у тебя нет, ты совсем один. Тебе будет сложно. Он качнул головой, усмехнулся. Обсуждать свои дела с сестрой? А почему бы и нет? -Да, так оно и будет. Но я уверен, что справлюсь. Виктория, сейчас я продаю доски, дрова и опилки. Это прибыльно, но все же… Я могу сделать больше и заниматься производством совсем другого уровня. Город растет и все больше нуждается в разного рода вещах. Бумага как раз то, что нужно всем, от детей, учащихся в школе, до стариков, переписывающих завещание четыре раза в год.. Я думаю, я готов вложиться в это дело. Но вначале, мне нужно все как следует изучить и вникнуть, все просчитать. Возможно, м