Виктор отрицательно помотал головой, - Не курю!
Лицо у солдата разочаровано вытянулось, он начал было поправлять вожжи, готовясь ехать, но тут Саблин разглядел содержимое телеги.
- Слушай, а у тебя патроны в ящиках? А к ТТ есть?
- Ну, есть, а что?
- А можешь один ящик дать, у тебя их вон сколько, а то мы без патронов сидим.
-Э-э, камандир, мне за ящик старшина знаешь, что потом оторвет?
- Он, у тебя, что патроны считает? Не свисти…
- Считает, не считает, какое тебе дело? Не дам…
- Слушай, ну давай тогда махнемся, ты мне ящик, а я тебе табаку. У меня завалялась пачка “Казбека”.
- Давай Казбек, за Казбек старшина мне ничего не оторвет и мне четверку.
- Осьмушку!
- Хорошо, осьмушку. - широкое лицо красноармейца расплылось в довольной улыбке.
Так Виктор стал счастливым обладателем целого цинка патронов к пистолету. Возвращаясь к хате, с цинком под мышкой, он увидел курящих на крыльце Игоря и Вахтанга.
- О, Витек, - Шишкин ехидно ухмыльнулся, предвкушая развлечение, - признавайся ты, где ящик спер? Что там?
- Я спер? - он горделиво выпрямил спину, - я его честно заработал! Обменял на ваш табак!
- Гы-ы. Раз табак наш, то и ящик наш, - довольный Вахтанг подмигнул Шишкину.
- Ребята, вы нихрена не понимаете в экономике, а я вам предлагал умную книжку Адама Смита почитать. Смотрите, табак был у вас, а ящик теперь у меня. Видите? Вы отсутствуете в товарных отношениях.
- По-моему, он нам морочит голову!
- Точно, - поддержал Вахтанга Игорь, - надо дать ему в ухо!
- Варвары. Но так и быть я пойду навстречу вашим пожеланиям. Ящик ваш, а патроны в нем - мои.
- Патроны? Так чего ты Ваньку валяешь, пойдем стрелять!
Цинк расстреляли за полдня. Все праздношатающиеся летчики, мигом побросали свои дела и примчались на импровизированное стрельбище, на небольшом пустыре у хутора. В качестве мишеней использовали все, что сумели найти. Все найденные под снегом, пустые консервные банки были расстреляны в решето за полчаса. Потом пошли в ход всевозможные чурбачки, кукурузные початки, все, во что можно было всадить пулю. Виктор столько не стрелял в жизни, под конец дня он немного оглох, но был доволен стрельбами. Это занятие понравилось всем в полку. Начальство даже пошло навстречу, в пустом капонире соорудили специальный тир, разжились изрядным запасом патронов. Даже соревнованиями между эскадрильями устраивали. Богатая стрелковая практика, начала приносить свои результаты. Так, стреляя первый раз по консервным банкам, в компании Игоря, Вахтанга и Лехи Соломина из первой эскадрильи, Виктор позорно мазал. Вроде и мишень близко и совместил все как надо, но банка так и остается целой, пули лишь выбивают фонтанчики снежной пыли вокруг. Спустя всего лишь неделю и добрую тысячу расстрелянных патронов, он научился более менее сносно стрелять. Не снайпер, конечно, но мишень поражал довольно уверенно. И даже чистка оружия после стрельбы приносила удовольствие. Усесться после ужина на скамейке, разложить на портянку разобранный пистолет и, под неспешный разговор, пока в крови еще гуляет наркомовская порция, неторопливо протирать закопченные детали. Это стало для него неким ритуалом, отлетав днем и позанимавшись спортом перед ужином, после он обязательно чистил пистолет, даже если не стрелял. Ему казалось, что если он внезапно пропустит это занятие, то на следующий день его обязательно собьют…
Вроде ничего не изменилось. Такие же редкие дымки из труб над камышовыми крышами, грязные пустынные улицы. Тоже что и вчера. Хотя нет, вон там, слева…
Виктор немного довернул самолет, рассматривая стремительно ускользающую под крыло деревеньку. Точно, слева, у большой хаты весь двор затянут маскировочной сеткой и отсутствует здоровенный кусок забора. Разглядеть, что же там, под сеткой, невозможно, видно только как наружу торчит что-то тонкое, похожее на антенну. Вчера этого не было. Он мельком глянул на карту, запоминая ориентиры. Видимо, какой-то немецкий штаб разместился. Как назло, ни бомбы, ни РС на разведку не брал, а то можно было бы сходу скинуть гостинцев. Деревня скрылась за крылом, и Виктор немного потянул ручку на себя, набирая высоту. Дорога отлично просматривается и сверху, зато шанс поймать шальную пулю куда как меньше.
Это его шестой самостоятельный вылет на разведку. Нарезали маршрут и теперь, если позволяла погода, он его облетывал. Как оказалось не напрасно, если бы он не летал здесь раньше, то навряд-ли бы увидел эти изменения, а так старания немцев оказались напрасны. Осталось сообщить в штаб, а там пусть у командиров голова болит.