— Значит, вы теперь будете там жить? — Олеся наивно спрашивает пожилого мужчину, который присутствовал на встрече.
— Что вы? Нет. Я всего лишь сыграл свою роль. Всего доброго, — уходит в сторону остановки.
Олеся тянется за сигаретами, ей срочно нужно привести нервы в порядок после стресса. Полунин помогает ей прикурить, присоединяясь.
— Мирон, как думаешь, там не будет ничего противозаконного? Не хотелось бы, чтобы люди, с которыми жила тетя Лида, прокляли меня за то, что я впустила в их дом преступников.
— Я не знаю, Лесь… Не могу тебе этого обещать.
Они садятся в машину, пристегиваются и, наконец, немного расслабляются.
— Довезешь меня до метро?
— Обижаешь. Домой. Пашка там, наверно, с ума сходит от волнения.
— Да, точно, сейчас я ему позвоню. И маме. Пусть тоже порадуется за нас. Спасибо тебе огромное. Если бы не ты и твоя помощь, мы бы еще не скоро обзавелись своим жильем, да и неизвестно, смогли бы вообще. А теперь у нас есть возможность иметь свой угол, не зависеть от арендодателей, не тратить…
Мирон лишь коротко кивает, слушая слова благодарности. Это все пустяки. Если бы не Войтович, он бы никогда не узнал, что человек может получить столько тепла и заботы от малознакомых людей. Так что здесь еще можно поспорить, кто получил больше.
Спустя полчаса Пашка встречает их в коридоре.
— Ну, как все прошло? По телефону я понял, что сделка состоялась, но мне нужны подробности.
— Все хорошо, Паш, все хорошо, — устало отвечает Олеся, обнимая сына, чувствуя, как около ног ластится Мишка. — Поешь со мной? — поворачиваясь к Мирону, который застыл в дверях.
— Спасибо за предложение, но уже поздно, да и ты устала. Я лучше завтра приеду после работы.
— Да, приезжай завтра вечером, — усиленно кивает Пашка. — Я буду ждать тебя, — присутствие Мирона ему крайне необходимо.
Олесе не хочется, чтобы Полунин уезжал, но ей ничего не остается сделать, как отпустить благодетеля, попрощавшись до завтра, традиционно приняв поцелуй и закрыв за ним дверь.
Мирон выходит из подъезда и закуривает. Пройдет немного времени и Войтович переедут в новую квартиру, а он уже привык приезжать сюда. Место, где его ждут, где ему рады. Он понимает, что время идет и все меняется, но хочет, чтобы перемены в его жизни были лишь такими, какими он сам спланировал. В присутствии Пашки им с Олесей не поговорить о будущем, ни сегодня, ни, наверно, завтра. Нужно просто поймать подходящий момент.
***
— Черных, тебя к директору зовут, — мальчишка на пять лет младше подходит с боязнью во взгляде. Никита ничем не заслужил его страха, разве что всем в детском доме известно о его потенциальной агрессии.
— Только меня? — он ничего не делал, ту драку в спортивной раздевалке затеяли другие.
— Нет, еще твою сестру.
Дело принимает другой оборот. Дойдя до комнаты девочек, он стучит, получив разрешение войти, подходит к кровати Вики. Та по-прежнему обижается на брата за то, что он увел ее тогда, но сейчас смотрит на него с вопросом в глазах.
— Ты не извиняться пришел.
— Нас вызывают к директору.
Вика тут же вскакивает с кровати, поправляет мятую одежду и идет на выход. Короткие волосы не требуют расчески.
— Куда ты так торопишься? — спортсмен еле поспевает.
— Ты что, ничего не понял? Это они! Алла Николаевна хочет с нами поговорить об опекунстве.
Никита останавливается.
— Нет, не может быть, — категорично.
— А я тебе говорю — может! Идем быстрее, — хватает брата за руку и тянет его по коридору.
В кабинете директора детского дома шкафы ломятся от папок с документами, на подоконнике распустился какой-то необычный цветок, а в чашке на столе налит горячий чай.
— Спасибо, что пришли так быстро. В общем, так, мои хорошие. Сегодня к вам приедет пара, которая хочет с вами пообщаться. Они только недавно стали посещать школу приемных родителей, поэтому у них на руках лишь гостевой.
— Как их зовут? — спрашивает Вика.
— Вячеслав и Светлана Тепловы. Вы их видели на днях.
Вике нравится эта фамилия.
— Я же говорила! — шепчет, толкая брата в бок. Тот будто отмирает.
— Когда они приедут?
— Я поняла, что уже в пути.
В дверь стучат.
— Здравствуйте, Алла Николаевна, — Светлана осторожно приоткрывает дверь. — К вам можно? — замечает детей, смотрит на мужа позади себя.
— Да, проходите, вот, собственно, и они.
Тепловы входят в кабинет, сесть некуда, поэтому они встают у двери.
— Привет. Вам сказали? — Слава протягивает руку Никите, и тот ее пожимает. Мужское приветствие вызывает легкую улыбку у остальных.
— Только что, — директор тушуется, — вы с документами?
— Вот наш гостевой, — протягивает Света. — Это удобно, что мы вот так сразу приехали?
Директор проверяет, все ли правильно, кивает своим мыслям.
— Да. Все хорошо. Значит, предлагаю вам сегодня пообщаться в наших стенах, а в следующий раз, если ребята будут не против, вы сможете их забрать на несколько часов. У нас есть небольшая комната для встреч с возможными опекунами, дети вам ее покажут. А также можете погулять на территории, если захотите.
— Спасибо, — отвечает Слава и открывает дверь, пропуская жену и подростков. — Ну, что? Показывайте дорогу.
Они идут по коридору, ловя на себе взгляды других детей, чувствуя кожей чужие зависть и радость. Скоро эта новость разлетится по детскому дому, как горячие пирожки.
— Сюда, — Никита открывает дверь, где стоят столик, несколько стульев и стеллаж с игрушками и детскими книгами.
Подростки садятся напротив, исподлобья смотрят на взрослых.
— Гхм, — Слава прочищает горло. — Вы простите, мы в подобной ситуации впервые и не очень понимаем, что нужно делать. Давайте для начала познакомимся, что ли? Меня зовут Вячеслав, а это моя жена Светлана. Можете называть нас по имени. Нам тридцать девять и тридцать пять лет соответственно. Я работаю в сфере логистики, а у Светы своя парикмахерская.
Никита смотрит на сестру, хмурится, видя, что той нравится все, что она слышит. Девочка впитывает каждое слово и каждый взгляд.
— У вас есть свои дети? — сразу в лоб.
— Нет, — отвечает Света. — Мы много лет пытались, но… Нет.
— Почему мы?
Тепловы теряются. Они не ожидали таких вопросов. Как объяснить, что их выбор был спонтанным, замешанным на эмоциях?
— Мы видели твою игру, — начинает Слава.
— Да, а потом узнали и про Вику от жены твоего тренера, — продолжает Света.
— Решили помогать вашему детскому дому, обращались к господину Полунину, — подхватывает Теплов, — оказались на Дне открытых дверей…
— Где снова вас увидели и решили, что стоит попытаться. Жаль, что вы ушли так рано тогда, мы хотели с вами поговорить, чтобы для вас не было неожиданности.
— Вы сейчас с нами говорите, — отрезает Никита.
Вика пинает его ногой под столом, прося не нагнетать обстановку. Ей же самой с трудом даются слова, она очень стесняется, не знает, куда деть руки, и постоянно прикусывает внутреннюю сторону щеки.
— Верно, — Слава достает из пакета коробку шоколадных конфет в виде морских ракушек и маленькие коробки сока, — мы не знали, что вы любите, и купили сладкое, чтобы отметить нашу первую встречу.
— У нас нельзя алкоголь, — тихо произносит Вика и низко опускает голову, пряча глаза.
— Ох, он не это имел в виду, — Света наклоняется вперед, — мы вообще не употребляем ничего, крепче кофе. Слава постоянно за рулем, а я столько лет лечилась, что уже отвыкла от спиртного.
Долгое время в комнате царит тишина. Дети немного успокаиваются, узнав об отношении Тепловых к спиртному.
— Вика любит ванильное мороженое, а я — леденцы. Только немного, иначе тренер меня будет гонять, — произносит Никита, снимает прозрачную пленку с конфет и открывает коробку. Вика смотрит на брата и берет сок.