— И тебе удачи.
Мы расстались в малой версте от Канари — я проводил взглядом Аниса, стремительно несущегося на восток, и лишь затем тронул поводья Рысёнка.
Да, жаль. Хороший парень, мы почти подружились.
В двух малых верстах от столицы тракт раздваивался — вторая дорога под косым углом убегала на северо-восток, в Вирати. На неё-то я и свернул.
(Беззвучно звенят колокольчики…)
Лёгкая тень скользнула вдоль стены сверху вниз и, никем не замеченная, поплыла по улице. Мимо шёл патруль стражи. Он ничего не увидел — редкий глазоотвод «Образ призрака». Он ничего не услышал.
Улица. Улица. Переулок.
(Беззвучно звенят колокольчики…)
Виэл стоял в карауле у Дворцовой калитки и слушал шорох листьев. Слабый-слабый ночной ветерок — но для Виэла достаточно. Его слух был на два порядка чувствительней слуха большинства людей и на порядок чувствительней слуха остальных.
Показалось — или шевельнулась тень одного из деревьев?
(Беззвучно звенят…)
Наверное, не показалось. Ветки качались от ветра.
(Беззвучно звенят колокольчики…)
Эйалланхису Рунсонскому не спалось. Не удержавшись, он набросил тоди и вышел в коридор. Будь проклят этот госсовет, и эти условности, и эти… ой, нет, только не это! Одна уже допроклиналась.
Эйалланхис гулял по коридорам долго. Спустился на первый этаж, поднялся на третий. Прошёл мимо двери кладовой, мимо двери в малый зал собраний. Бросить и уехать. Вот поймает Анис мальчишку… (беззвучно, беззвучно, беззвучно…) Кена нельзя оставлять наследником, народ не поймёт… с тихим скрипом колыхнулись на сквозняке створки окна. Элл закрыл его. Бросить, уехать…
Беззвучно звенят колокольчики.
Шелис смотрел так серьёзно, словно и вправду допускал, будто я могу сдать его властям.
— Среди твоих вещей осталось что-то ценное?
— Лошадь. Веточка. И школьный меч…
— Лошадь я из конюшни не выведу… а если и выведу — куда я её дену? Тебе к Канари приближаться нельзя…
— Магистр, вы очень добры, но я лучше сам…
— На твоё несчастье, у меня до туманника временный статус преподавателя Высшей Школы со всеми правами и обязанностями. В их число входит и обязанность обеспечивать безопасность учеников Высшей Школы. Так что, я должен доставить тебя в Стреленск.
— Вы… не должны, — едва слышно сказал Шелис.
Лучше бы он был обычным мальчишкой, слепо верящим во всемогущих взрослых.
Я встал и прошёлся по поляне. Замер, глядя на колокольчики, насмешливо качавшие головками. Кажется — вот-вот зазвенят, а они не звенят… если… то есть… надо… эфин, не помню… нет, точно не помню. Впрочем, имеется отличник. Я вернулся к орешнику:
— А скажи-ка, Умник, у вас уже читался курс углубленного эфиноведения?
— Н-нет. Но я сам кое-что читал…
— Минимальное заклинание фиксации оборота помнишь?
— Diss ventori alasa kaer. Силовая раскладка… говорить?
— Говорить, говорить, — остальное я знал или придумывал на ходу.
Умник незамедлительно выложил полную раскладку по звукам. Значит, дорога на Дымный проход?
— Встречаемся завтра возле Вирати, — собирая колокольчики, сказал я, — У городской стены на дороге из Канари. Я придумаю, как туда попасть.
— Туда есть ещё одна дорога, — медленно сказал Шелис, — В нескольких километрах к западу от столицы.
Сейчас этот букет, надёжно перевитый «паутиной вечности», лежал в сумке, переброшенной через плечо.
Я был ужасно горд собой. Придумать и разработать заклинание за полтора часа! Ну… в разработке мне слегка помог Шелис, я успел забыть школьный курс проецирования. Самое поразительное — область не моя.
Тем более, повод гордиться.
Возвращение из-за холмов
Вирати оказался Очень Маленьким Городком, окружённым Очень Высокой стеной. Вместо ворот в стене красовался широкий проём. Вдоль стены шла немощёная тропа.
Я поехал по тропе на юг. Вскоре обнаружились второй проём и вторая дорога. Шелис сидел на высоком камне в десятке лодок от проёма и грыз розовое яблоко.
— Патрулей уже не боимся? — подъехав ближе, осведомился я.
— За сегодня ни одного не видел, — отвечал Шелис.
Я посмотрел на дверной пролом — именно этот термин, на мой взгляд, отражал подлинную сущность «ворот». Стражи не было.
— Бывший «отступной схов» королей династии Леанаави. До прошлого царствования без особого успеха оборонялся от лесной нечисти и успел совершенно захиреть. Когда для обучения принцев основам абиологии состряпали «традицию» летних охот, вымирание населения пошло на убыль. Ворота спилили на радостях, — информировал Шелис.