— Это он типа здоровается и говорит, что если ничего срочного, то можете проваливать.
— Весьма любезно с его стороны, — ответил Михаил, еще раз обвел медицинский отсек взглядом и поспешно вышел. Оказавшись за дверью и отойдя на несколько метров, он не выдержал и спросил:
— Я не понял, это что медицинский отсек?
— Угу, — не то насмешливо, не то с горечью произнес Зур.
— Ничего не понимаю? А где приборы, техника для проведения анализов, операционная, регенерационная и прочие установки? Я даже не заметил врачей…
Михаил не успел договорить, так как Зур перебил его.
— Привыкай. Здесь много чего такого, во что трудно поверить сразу. Медицина у них на уровне, как бы это поточнее сказать, на уровне знахарства.
— Знахарства!?
— Ну или типа того. Короче, никакой техники они не используют, все примитивно просто. Больные либо умирают, либо вылечиваются сами, раз им на роду написано не помереть раньше времени.
— Да нет, ты шутишь. А как же корабли, современная навигационная техника, и все такое?
— Везде свои причуды. Развитие техники коснулось не всего, что вошло в их жизнь с появлением Лифинга и его головорезов. Пойдем, по дороге, я тебе немного расскажу об их цивилизации.
Михаил послушно побрел за Зуром в полном недоумении от увиденного медицинского отсека. На полпути они услышали звук, напоминающий сигнал тревоги и в тот же момент Зур получил сообщение на свой коммуникатор. На его лице читалась тревога.
— Планету Затанга атакуют корабли Лифинга. Приказано срочно явиться в центр управления. Давай за мной.
Михаил ускорил шаг и устремился вслед за Зуром.
Глава 8.
Лавкони пришел в себя и тут же почувствовал, что руки туго перевязаны за спиной, а сам он лежит на полу в полутемной комнате. Чуть поодаль находилась Саманта. Повернув голову, командир увидел силуэт лежащего на полу человека. Комбинезон и характерная шевелюра говорили, что это Авдул. Попытка приподняться окончилась неудачей, так как ноги оказались тоже связанными, пришлось перекатываться с бока на бок, чтобы оказаться рядом с Самантой. Судя по дыханию, она была жива. В этот момент послышался тихий стон Авдула. "Слава Богу, он жив", — подумал Лавкони и предпринял попытку подползти к нему ближе.
— Ты как?, — шепотом спросил командир, видя, что Авдул пришел в себя и пытается высвободиться от пут.
— Кажется, мы здорово влипли, — ответил Авдул, — Саманта жива?
— Да, но пока не очнулась.
— Как думаешь, командир, что происходит?
— Не знаю, но судя по всему, ничего хорошего. Возможно, нас либо с кем-то перепутали, либо здесь творятся очень нехорошие дела. В любом случае мы попали в передрягу, из которой надо любыми путями как можно скорее выбираться.
— Легко сказать, еще бы руки и ноги развязать и дело за малым, побыстрее отсюда удрать.
— Поползли к Саманте. Надо привести её в чувство.
Не успев доползти, как послышался звук открываемой двери. Лавкони обернулся. В проеме стоял четырехглазый инопланетянин в маске.
— Не нужно сопротивляться и пытаться освободиться. Вы наши пленники и ваша свобода будет вам обеспечена, когда будет достигнута договоренность о передаче вас другой стороне, которая сможет вам помочь, — механическим голосом произнес инопланетянин на межгалактическом языке, при этом его глаза как у хамелеона смотрели в разных направлениях, словно он мог одновременно следить за несколькими предметами.
— Если мы пленники, то хотя бы воды дайте, — произнес Лавкони.
— Вода будет, ждите, — после чего инопланетянин вышел, и дверь тут же закрылась.
— Хоть что-то проясняется, — тихо произнес Авдул.
— Зря так думаешь. Какие заложники, кому мы будем переданы, и кто нам сможет помочь?
— Возможно, взяв нас вместе с кораблем в заложники, они хотят получить выкуп?
— Если и так, то кому нас передадут, и кто нам поможет?