— Почему?
— Преимущество было на нашей стороне. Мы шли на встречном курсе, у нас было шесть кораблей против трех у них. Ракетная атака не оставила бы им шансы для маневра и с ними было бы покончено. Вряд ли там был сам Лифинг, но судя по данным со спутника, один из трех боевых кораблей был боевой крейсер первого класса. Это очень серьезный корабль в плане вооружения. По данным разведки, именно на нем может находиться командный пункт Лифинга.
— И что теперь будет?
— Не знаю. Штаб сопротивления будет решать что делать.
Манкоа и еще несколько инопланетян срочно покинули командный пост, видимо ушли на совещание.
Прошло всего несколько минут и, вернувшись, Манкоа объявил, что поскольку атака не удалась, есть вероятность, что Лифинг может повторить вторжение, но уже большим числом кораблей. Когда это произойдет неизвестно, но надо быть готовыми к худшему. Тем не менее, в создавшейся ситуации необходимо всеми доступными средствами, а именно, используя все имеющиеся на кораблях шатлы, начать срочную эвакуацию оборудования и готовой продукции с двух заводов находящихся на планете.
— Я уже дал команду руководству заводов на начало эвакуации. Собственно говоря, она уже началась, так как те шатлы, которые есть на планете, загружаются. Промедление смерти подобно, поэтому прошу всех приступить к работе, командирам кораблей усилить работу слежения за возможным появлением кораблей Лифинга, и в случае таковой покинуть планетарную систему, не дожидаясь приказа. Повторяю, экстренно покинуть, что бы не случилось. Если всем все ясно, приступить к исполнению, — произнес Манкоа в завершение своей короткой речи.
Михаил обернулся к рядом стоящему Зуру.
— У меня не очень большая летная практика на шатле. Может, согласишься взять мой шатл и быть на нем в качестве первого пилота?
Зур промалчал, но судя по улыбке, Михаил понял, что вертелось у того на языке. Вместо этого Зур ответил.
— У тебя там вроде харчи были припасены на шатле? Двойной паек и я согласен быть… капитаном.
Оба рассмеялись и, не сговариваясь, поспешили к ангару. Несмотря на всю сложность положения, настроение было приподнятое. Наконец-то Михаил понимал, что он может, хоть ненадолго, отвлечься от мрачных мыслей о судьбе товарищей по экипажу, чем-то помочь и что-то сделать в сложившихся условиях.
— Держись, сейчас будет трясти, — произнес Зур, когда шатл вошел в плотные слои атмосферы.
— Я в курсе. Приходилось летать… в качестве пассажира.
— Видишь, по курсу два шатла стартовали, нам туда, — и Зур сделал вираж на посадку.
Не успели они приземлиться, как к ним подбежал инопланетянин и что-то крикнул.
— Понял, — ответил Зур, — выходим, сейчас подъедут погрузчики, надо помочь с размещением груза.
Михаил, привыкший наблюдать за годы работы на транспортном корабле, как перевозят на их корабль руду, впервые видел такой сумасшедший ритм работы. Погрузчики с рабочими буквально выстраивались в очередь, и через несколько минут трюм шатла до отказа забивался какими-то ящиками и наспех упакованным оборудованием. Команда на взлет и после такой же быстрой разгрузки снова на планету за очередной партией груза. Менее чем за три часа они успели пять раз слетать туда и обратно. К этому времени один корабль улетел, на остальных продолжалась погрузка, но что больше всего поразило Михаила, несмотря на поспешность и нервозность, все делалось быстро, четко, словно по заранее продуманному плану эвакуации. Впрочем, вполне возможно, что так оно и было. В условиях военных действий наверняка заранее было предусмотрена возможность внезапной эвакуации, иначе, откуда взялось столько погрузочной техники и упаковочного материала?
Наспех перекусив, Зур с Михаилом снова направились за очередной партией груза. В это трудно было поверить, но не прошло и десяти часов, как эвакуация двух заводов, включая основную часть оборудования, готовой продукции и всего персонала, была практически завершена. На орбите оставался только один корабль, к которому все еще подлетали шатлы с грузом, однако Зур получил команду, что они с Михаилом могут быть свободны. Как только шатл занял свое место в переполненном ангаре, поступила команда на скорый отлет. Усталые они поспешили в свою каюту.
Уже после того, как корабль покинул орбиту планеты и вышел из гиперпространства, удалось нормально поесть и немного отдохнуть. Несмотря на усталость, Михаила мучила масса вопросов, поэтому, как только Зур, который куда-то не надолго уходил, появился в каюте, последовал вопрос: